-Она еще вчера здесь лежала! - домовой Васюта вылез из-под старого топчана и грозно рявкнул, - Признавайся сейчас же, куда ты ее дел?
Маленький лохматый Федулёк испуганно посмотрел на учителя:
-Я это.. ее под половицу припрятал, как ты учил, - промямлил он.
Васюта снял с уха паутину и стал задумчиво скатывать из нее шарик:
-Если ты положил ее на место, а я не брал, тогда взял кто-то другой, - и он ловко швырнул шарик прямо в лоб Федульку.
-Не знаю. Я только чай с Жоржем из соседнего квартала пил. Он козинаки приносил, - проныл Федулек и мечтательно чмокнул губами.
-Ах, ты стервец! Чего сразу не сказал! Ну все, все! - Васюта схватился за нечесаную шевелюру и забегал по комнатке, - Теперь он ее присвоит! Теперь уж точно присвоит!
Федулек проглотил слюнку, ставшую немножко сладкой от воспоминания о вчерашних козинаках и вжался в угол.
-Ну че застыл? Пошли искать! -Васюта натянул на голову засаленный картуз и вышел в дверь. Федулек хотел что-то сказать, но Васюта уже скрылся между перекрытиями.
-Я уже обход сделал, пора бы и соснуть немного, - бормотал Васюта. - Дык разве теперь уснешь, когда она пропала? Это же потом а-пел-ляции замучишься подавать, ежели вскроется пропажа. Это же непорядок! Ах, какой непорядок.
Две крошечные фигурки беспрепятственно прошли сквозь стену и двинулись вдоль длинного двенадцатиподъездного дома.
Дом похрапывал, причмокивал, и бормотал во сне. Федулек покорно шел рядом. Он снова открыл было рот, но они как раз вошли в десятую квартиру. Хозяин спал, сжимая пульт, а включённый телевизор беспризорно моргал разноцветными картинками. Васюта вынул пульт и выключил телевизор.
-Умаялся, Иваныч, - нежно сказал он, и поправил одеяло, - работает без проходных. Жизню только через этот ящик и видит.
Они пошли дальше, неслышно скользя ножками, обутыми в войлочные чуни.
В восемнадцатой квартире плакал ребенок. Усталая мать прижимала младенца и ходила из угла в угол, раскачиваясь всем телом. Васюта ныркнул в кухню и уронил стакан. Женщина встрепенулась, положила ребенка и побежала смотреть на происшествие. Васюта залез в кроватку, погладил мягкой ладошкой животик младенца. Тот притих, агукнул и заулыбался. Васюта пошептал, погулил и сказал Федульку:
-Ишь, совсем разучились ребенков баюкать. Даже это теперь нам приходится делать - оп-ти-ми-зация, так сказать. Ты смотри, смотри - баюканье тоже в эк-за-мен входит.
.
Они прошли еще несколько квартир. В одной явно не спали, хотя свет был потушен. Слышались возня и постанывание. Кто-то сильный хотел прибить к кровати кого-то более слабого. Сильными ритмичными рывками он толкал бедную жертву. Та, в забытьи, раскинув руки, судорожно комкала простыню. Потом сильный вздрогнул и навалился на бедное тело, белевшее в оконном свете.
-Тьфу, срамота, - выругался Васюта и потащил зазевавшегося Федулька дальше. Тот уперся и пискнул:
-Васюта Онуфриевич, он ее задавил! Ето что ж за зверство! - и пнул по стоявшему у стены стулу. Стул грохнулся, лежащие на кровати подскочили. Женщина пронзительно завизжала.
-Ох, мелюзга, не нашего с тобой естества это дело, - рявкнул Васюта, - в следующем се-мест-ре будешь это изучать.
- Он же её прям так, - Федулек прихлопнул ладонями, будто плющил в ладонях кусок теста, - а она, горемычная, только стонала, - сокрушался он. Васюта презрительно хрюкнул в бороду, но промолчал.
Дом кончился, Федулек снова открыл рот, но тут из-за узла выскочила кошка и грозно зашипела в их сторону.
-Пшшла, окаянная, - прошипел Васюта и спугнул кошку.
Та вскарабкалась на дерево и злобно выпучила свои фосфорецирующие гляделки. Федулек закрыл рот и спрыгнул в слуховое окно подвала за учителем.
Жорж сидел в своей каморке и раскладывал в альбоме марки. Васюта закричал с порога:
-Эй ты, басурманин, отдавай что взял!
Жорж недоуменно поднял глаза.
-Чего шумишь, Василь? Кого тибе нада?
-Книгу мою отдавай! Домовую! Ишь чего удумал, мой порядочек себе присвоить? Думал номер дома исправишь и все - чист перед проверкой! - Васюта бегал по каморке и заглядывал в углы.
-Я ничего не брать у тибя!
-Ага! Так я тебе поверил! - возмутился из-под стола Васюта. - А кто взял тогда?
Жорж поправил бабочку и пожал плечами. Васюта вылез, на всякий случай заглянул под скатерть и почесал за ухом.
Они оба посмотрели на Федулька. Тот съежился и виновато хлопнул глазами:
-Так я не специально, - захныкал он, - Я же только на один денечек дал Пашуте переписать. Мы с ним зачет по домоведению провалили, завтра уже пересдача. Вот я и дал, - всхлипывал он.
-Ах ты, второгодник! - рассвирипел Васюта и запустил в ученика кружкой - не видать тебе хорошей ха-рак-те-рис-ти-ки. Заставил честного домового до разрыва сердца волноваться. ДокУмент строгой от-чет-нос-ти из-под половицы унес!
-Я больше не буду! Я хотел сказать! Хотел! - оправдывался Федулек, вытирая рукавом нос, - Но боялся. Простите меня.
-Одна беда с этими учениками! Неет! измельчало нонче наше племя! Измельчало! Кто на смену приходит. Тьфу! Пора мне на пенсию! - кипятился Васюта.
Жорж пригладил бабочку на шее и добродушно сказал:
-Он больше не будет. А ты та тоже харош, зачем миня так обидел!
Васюта замолчал и виновато посмотрел на Жоржа.
-Прости, брат. Я больше не буду
-Давайте лучше чай пить, - улыбнулся Жорж и поднял кружку. - С вареньем!