В эфире передачи Экономика по-русски Михаил Хазин обсудил следующую тему:
Михаил Хазин:
Если они хотят сохраниться, как мировой лидер, не как главный мировой лидер, а как один из мировых лидеров – то, что называлось в начале 19-го века великие державы.
Сколько было великих держав? Англия, Франция, Россия и Германия – 4 великих державы. Потом к ним прибавились Соединённые Штаты Америки.
Так вот, если они хотят остаться в великих державах, им надо что-то делать. Почему? А потому, что промышленность в США падает. И падает довольно быстро.
Ну, то есть они это падение не показывают, но я хочу тебе сказать про очень важный косвенный показатель. Есть такая штука, которая называется промышленная инфляция. В Соединённых Штатах Америки промышленная инфляция по состоянию на июнь месяц -9%. Дефляция там. Дефляция – это верный признак очень сильного спада.
Продолжаем дальше. Им нужен какой-то рынок, который отличался бы двумя качествами:
Первое – там люди умеют работать. Поэтому Африка не подходит. В Африке много народу, но работать они не будут.
Не будут. Эксперимент показывает, что невозможно заставить их работать. В современном понимании этого слова. Это первое.
Второе – это должен быть именно американский рынок. То есть они должны потреблять американскую продукцию. Единственный рынок, который на сегодня остался, который отвечает этим двум качествам… Латинская Америка не подходит, потому что, во-первых, они уже очень много своего производят.
Во-вторых, их спрос довольно высок для их структуры общества. Нельзя 80% населения, которые живут в фавелах, много зарабатывать. Они тут же поставят вопрос: а почему мы не начальники?
Поэтому единственный регион, который остаётся – это Юго-Восточная Азия. Там полмиллиарда человек, может, даже больше. В Индонезии, по-моему, 240 или 250.
Евгений Сатановский:
Изрядно больше 200.
Михаил Хазин:
Да, изрядно больше 200. Во Вьетнаме 120. То есть… Ну, почти 400.
Вот тебе идеально. Но есть проблема: там этот регион сегодня – это часть китайского рынка, а не американского. Поэтому нужно отобрать Юго-Восточную Азию у Китая. Единственная страна, которая согласится на это добровольно – это Вьетнам. Там есть ещё одно. Вьетнам – это единственная страна, в которой американцы ведут себя прилично.
Евгений Сатановский:
Сильно помня что бамбуковой колочкой могут задеть. Ведь там даже без особой высокотехнологичной, сколько там народу потеряли?
Михаил Хазин:
Да. Я был во Вьетнаме. Это ребята жёсткие. Реально жесткие. По этой причине им надо начать операцию, сравнимую с операцией против Японии в 41-45 годах, по отъему этих островов, там чуть-чуть есть материковая часть – Малайзия, Бирма, отобрать у Китая. Это задача, которая требует больших усилий.
Евгений Сатановский:
Хотеть не вредно.
Михаил Хазин:
У Соединённых Штатов Америки во флоте вымпелов много, а вот сколько может одновременно выйти в море – это большой вопрос.
Более того, поскольку с промышленностью проблемы, то если начать не сегодня, а через 3 года, то может оказать, что уже ничего в море выйти не сможет.
Евгений Сатановский:
Ржавеют они очень быстро.
Михаил Хазин:
Да, по этой причине начинать надо быстро.
А вторая проблема – когда речь идёт о десантных операциях, то нужны солдатики. Причем солдатики, готовые умереть, что тоже само по себе нетривиально.
У Соединённых Штатов Америки есть солдатики, но они в основном на Ближнем Востоке и в Европе.
Евгений Сатановский:
Да,погибать они не очень готовы. Это разные вещи.
Михаил Хазин:
Ну, да, не готовы. Тем не менее вот картинка.
Хотя обращаю внимание, товарищ Киссинджер, так сказать патриарх, переваливший 100-летний юбилей, можно только восхищаться, тут сказал незадолго до юбилея, что он ждёт, что в самое ближайшее время начнётся череда военных конфликтов между Китаем и США в Юго-Восточной Азии. Он в эту игру играет. Он же представляет интересы не Вашингтона, он представляет интересы Лондона.
Евгений Сатановский:
У нас Киссинджера почему-то так любят наши политологи, а Киссинджер фигура вреднейшая, опаснейшая и мерзковатая. Извините, пожалуйста, я понимаю, у вас свои, еврейские, разборки.
Михаил Хазин:
В неком смысле он чем-то близок к Примаку.
Евгений Сатановский:
И опять наши еврейские разборки.
Михаил Хазин:
Хорошо, убираем еврейские штучки. Возвращаемся.
Если Соединённые Штаты Америки уводят своих солдатиков из Европы и Ближнего Востока, то немедленно возникает вопрос: а что будет на этом месте?
Что будет на Ближнем Востоке – это обсуждали в Джигде некоторое время тому назад. Украина там была совершенно не главной, но она тоже была, потому что это ещё и то, что будет в Европе, когда уйдут американцы.
Читать в продолжение темы:
Четыре сценария будущего от американского инсайдера
