Однажды на работе мне подарили большую керамическую кружку. Даже не помню, как она стала моей любимицей и перекочевала на домашнюю кухню. Но с той поры она получила звание главной шаманки моих утрешних ритуалов.
Ежедневно я наполнял её горячим ароматным кофе, добавлял две ложки сахара и небольшую щепотку соли. По-турецки. Тонкая струйка прохладного молока остужала пыл бодрящего напитка и на этом основная часть ритуала заканчивалась. А потом я уверенно и по-мужски брал её за бока обеими руками, медленно подносил к своим губам, целовал за краешек и наслаждался знакомым вкусом.
Жизнь любимой кружки оборвалась неожиданно. В окружении мыльной пены, ускользнула из моих рук. Удивительно, но она раскололась всего на несколько частей. Простояв пару секунд, я опустился на пол и собрал осколки. Выбросить их в мусор было жалко. Мозг быстро накидал мне идей, из которых отозвалась только одна - склеить. Так хотелось вернуть утраченное.
Вечером, после работы, я набрал в поиске яндекса «Как склеить разбитую кружку». Десятки вариантов. Но взгляд устремился в сторону незнакомого слова кинцуги. «О, это что-то японское! Любопытно.» - подумал я. Не зря пять лет в университете изучал японский язык. Интерес ко всему японскому, особенно культуре и философии, у меня не иссяк. И я сразу же вспомнил, что «кин» - по-японски означает золото. А вот дальше...
Дальше весь вечер был посвящён познанию японского исскуства реставрации разбитой посуды. Я узнал, что кинцуги буквально означает «золотой шов» или «золотая заплатка». В японском менталитете - бережное отношение к природе, вещам и окружающему миру. Когда любимая и дорогая их сердцу чаша из керамики разбивалась, осколки не выкидывали. При помощи смеси сока лакового дерева и золота или серебра посуду склеивали. Особенностью считалось не скрывать места раскола, а наоборот выделить их и сделать заметными.
В основе философии кинцуги - идея о том, что каждая трещина или раскол - часть истории посуды, которую нет необходимости скрывать. Так история её жизни становится видимой и ясной. Глядя на склеенную чашу, её «шрамы» и несовершенства, японцы учатся принимать недостатки и ошибки, как неотъемлемую часть своей жизни и жизни других людей. Разбитая чаша, склеенная золотом, напоминает о том, что в любой момент может случиться всё, что угодно, но при этом жизнь будет продолжаться.
Не устаю восхищаться тонкой вековой мудростью японцев. Это ж надо было так подметить! А как звучно они об этом рассказывают!
Философия кинцуги, как нельзя лучше, отражает то, что случается с людьми. Каждый человек изначально целостен. Пока не случается что-то, с чем он не в состоянии справиться. Психотравма. Травма разбивает человека вдребезги, на множество осколков. И только он сам в состоянии решить, что с ними делать дальше. Оставить, как есть, и предаться выживанию. Или попытаться посмотреть на свои раны, признать их и собирать себя по кусочкам, чтобы начать жить.
Истории нашей жизни - это не то, с чем следует бороться и скрывать в глубине своего сердца. Они формируют человека таким, каким он является. Даже если в них есть горе, печаль, отчаяние, бессилие и боль. Делая «шрамы» видимыми, человек принимает и соглашается с тем, что у него именно такой, и никакой больше, прошлый опыт. Кицунги - это принятие своих расколов. Также как у мастера находятся силы, склеить разбитую чашу, у человека находятся внутренние силы, чтобы справиться с невыносимыми ситуациями, которые он пережил.
Человек может собирать себя, даже если на это уйдет целая жизнь. Соприкасаться с каждым расколом, изучать его извилинки и хитросплетения. Соединять одно с другим, видеть более ясно и обретать данные ему изначально уникальность, неповторимость и целостность.
Э, нет. У моей кружки точно продолжится жизнь. И, может быть, я больше никогда не соприкоснусь с ней губами, зато украшая одну из полок шкафа, она будет напоминать мне о кинцуги и множестве историй моей жизни, которые сделали меня таким, каким я и являюсь по сей день.
Дмитрий Каракозов