Пока рунные истории встали на паузу (они вернуться, но чуть позже, сложные схемы) — продолжу Камино.
21.05 | Bilbao, альберг
Бильбао — большой город, много маленьких улиц, сложные схемы с маршрутом. Шёл за женщиной-пилигримом, она была надеждой «по-быстрому» найти альберг. Потом потерялся, потом нашелся. Потом снова потерялся, но уже в центре города. Вместе со мной нашелся собор с Петром, увидел 2-х французов-пилигримов, двинул за ними, отвлекся и снова потерялся.
Пришлось отступить от правила, открыл навигатор. Пошел к альбергу, который он указал — 4,5 км, час без стрелок. Перед альбергом они появились вновь, стрелки, как спасение. В альберге примерно 5 человек и ни одного (вроде) условно знакомого. Зато 70 мест и свободная оплата. Итогом — больше 35 км за день. Обгорел и доволен. Сейчас я прошел 136 км, осталось 639 км. Так получается, если считать по паспорту пилигрима.
Сейчас был «момент бога». Меня позвали есть, пока сидел на крыльце, местные дети снизу читали «рэп» на испанском. Это красиво.
За ужином говорили по-итальянски и по-испански. Ни слова не понял, но было очень приятно слушать. И еда. Кажется, впервые за 5 дней меня кормили и очень хорошо кормили. Тем, о чем думал последние дни, но не получилось купить.
22.05 | Pobena, альберг
Еще один donativo'. Это хорошо. Прошел сегодня около 35 км. Усталость появилась только в конце, но сваливаю это на жару. Виды кругом: океан и бухта. Выглядит все стереотипно, как на фотографии, но когда ты дошел до этого своими ногами, очень правильно и красиво. Прочитал 4/5 писем Ван Гога и, кажется, зацепил его манеру изъясняться. И понял, что очень плохо чувствую цвет.
Donativo — альберги, хостелы для пилигримов со свободной оплатой.
Приятный хостел, приятные люди. Кого-то уже видел, кого-то — в первый раз. Дорога воспринимается по-другому, но все равно — великолепно. Сижу без сети больше суток, хочется поискать donativo дальше по пути, но, похоже, придется чуть больше довериться Пути.
Стал разбираться в европейцах. Немцы веселые и ко всему готовы, сохраняя суровость и улыбку одновременно. Французы заносчивы и делают вид, что герои. Вчера видел итальянцев, еще не понял. И ни одного русского, что уже начинает смущать. Но опять же, вчера видел подпись одной русской девушки в альбегре.
Знаешь, я сейчас сидел в сквере. Он чуть ниже дороги. Да, знаю, очень пошло начинать текст со слова «знаешь». Так вот. Сидел я ниже дороги. За ней поле, деревья и вдалеке горы в дымке, тут послеобеденная жара и тишина. Так вот, я сидел и понял 2 вещи. Да, тут все приходит парой.
Первое. Я чувствовал и видел себя выше дороги и машин, выше этих деревьев. Никакой мистики. Просто так воспринималось. Думаю, именно поэтому тут многие молчат. Они это поняли и испугались себя, своего взгляда.
Второе. Я боюсь писать, боюсь того, что найду ритм, слова и меня понесет. И тогда я не высплюсь, буду тихо, странно тихо смотреть в потолок и злиться на себя, на правила и весь мир целиком.
Вот это вот я понял. Фух, выдохнул. Дочитал письма Ван Гога. Мне нечего сказать по этому поводу.
