Хроника важных и интересных событий, произошедших в городе, стране и мире 18 сентября в разные годы, – в подборке корреспондента агентства «Минск-Новости».
1852 год. В журнале «Современник» опубликовано первое произведение 24-летнего Льва Толстого – повесть «Детство»
В журнале она печаталась под названием «История моего детства» со скромной подписью «Л. Н.».
Накануне выхода главный редактор журнала Николай Некрасов отправил автору восторженное письмо. Толстой заметил в дневнике: «Получил письмо от Некрасова. Похвалы – но не деньги». Тем не менее, отзыв редактора подействовал на начинающего писателя весьма ободряющим образом.
Повесть имела чрезвычайный успех; автора сразу стали причислять к корифеям молодой литературной школы наряду с пользовавшимися уже тогда громкой литературной известностью Тургеневым, Гончаровым, Григоровичем, Островским. Критика — Аполлон Григорьев, Анненков, Дружинин, Чернышевский — оценила и глубину психологического анализа, и серьезность авторских намерений, и яркую выпуклость реализма.
«Счастливая, счастливая, невозвратимая пора детства! Как не любить, не лелеять воспоминаний о ней? Воспоминания эти освежают, возвышают мою душу и служат для меня источником лучших наслаждений, – писал Л. Толстой. – Вернутся ли когда-нибудь та свежесть, беззаботность, потребность любви и сила веры, которыми обладаешь в детстве? Какое время может быть лучше того, когда две лучшие добродетели — невинная веселость и беспредельная потребность любви — были единственными побуждениями в жизни?»
Несмотря на то, что «Детство» — повесть автобиографическая, это все же литературное произведение, а не мемуары. Л. Толстой, потерявший мать в два года, по сути, придумал образ матери и центральное для «Детства» переживание ее смерти. А фигура отца не имеет ничего общего с его собственным отцом и списана с соседа Толстых Александра Исленьева, который легко узнал себя в этом персонаже.
1919 год. Ленин написал ответ Максиму Горькому, который высказывал обеспокоенность по поводу арестов «кадетской и околокадетской публики»
«Преступно не арестовывать ее. Лучше, чтобы десятки и сотни интеллигентов посидели деньки и недели, чем чтобы 10 тысяч было перебито. Ей-ей, лучше», – писал вождь писателю.
Ленин вообще не мог понять, чего этому Горькому опять не ясно, ведь в письме, отправленном тремя днями ранее, он ему все популярно объяснил:
«Интеллектуальные силы рабочих и крестьян растут и крепнут в борьбе за свержение буржуазии и ее пособников, интеллигентиков, лакеев капитала, мнящим себя мозгом нации. На деле это не мозг, а говно».
В том послании Ленин пожелал Горькому побыстрее вырваться из «обстановки буржуазных интеллигентов» и не отвлекаться на них от своего творчества. «Ибо Вы ведь не пишете! Тратить себя на хныканье сгнивших интеллигентов и не писать — для художника разве не гибель, разве не срам?» – пожурил Ильич писателя.
Но Горький «хныкал» и призывал «понять разницу между политиканствующей интеллигенцией и представителями интеллектуальных, научных сил страны». «Надо же провести черту разделения между жопой Павла Милюкова и головой профессора Деппа, – настаивал Горький. – Я — не политик, но — не глуп, как — часто — бывают глупы политики. Я знаю, что Вы привыкли «оперировать массами» и личность для Вас — явление ничтожное, — для меня Мечников, Павлов, Федоров — гениальнейшие ученые мира, мозг его».
1941 год. Ставкой Верховного Главнокомандования в Красной Армии введено понятие «гвардейская часть»
Это решение было принято через несколько дней после успешной ликвидации советскими войсками так называемого Ельнинского выступа. Именно эта операция стала первым фактическим поражением Вермахта в ходе Великой Отечественной войны. Была снята угроза вторжения немецких войск в оперативную глубину советской обороны и удара во фланг Западному и Резервному фронтам. Первыми гвардейскими стали 100-я, 127-я, 153-я и 161-я дивизии.
Звание присваивалось воинским частям, кораблям, соединениям и объединениям, отличившимся в боях и сражениях Великой Отечественной. В знак особого отличия им вручались гвардейские боевые знамена.
Позднее для военнослужащих гвардейских частей был учрежден нагрудный знак «Гвардия», а для гвардейцев флота — прямоугольная пластинка с муаровой лентой оранжевого цвета с черными продольными полосами.
1978 год. На экраны вышла мелодрама «Мой ласковый и нежный зверь»
Режиссер Эмиль Лотяну долго искал тему для нового фильма, который пользовался бы не меньшим успехом, чем его нашумевший «Табор уходит в небо». В поисках сюжета он перелопачивал классику и в итоге остановился на повести Чехова «Драма на охоте».
Главную мужскую роль сразу предложили Олегу Янковскому. Актер согласился не сразу. Ему нравилось произведение «Драма на охоте», но вызывал сомнение сценарий «по мотивам», в котором осталось не так много от Чехова. Кроме того, режиссер Лотяну был известен своим необузданным нравом, на съемочной площадке с актерами не церемонился, мог накричать и даже выгнать из фильма, несмотря на количество отснятого материала, за что и получил за глаза прозвище «яростный румын».
Актрису на главную роль искали по всей стране. Ассистенты режиссера ездили по городам с заданием «найти ту, которая будет напоминать Татьяну Самойлову, Одри Хепберн и Людмилу Савельеву, но иметь собственное лицо». Так нашли 16-летнюю студентку хореографического училища Воронежа Галину Беляеву. Среди мэтров кино – Олега Янковского, Кирилла Лаврова, Леонида Маркова – она была единственной непрофессионалкой. Но режиссер на это не делал никаких скидок. «Эта его палка! Он замахивался на нее, пугал ее бедненькую», – вспоминал О. Янковский.
Но в какой-то момент между юной Беляевой и 41-летним Лотяну вспыхнула искра любви. Они поженились, как только ей исполнилось 18 лет, несмотря на неприятие этого брака родителями девушки. Через год у Галины родился сын, названный Эмилем, в честь отца. Правда, счастье длилось недолго: в кинематографической среде завидовали и успеху фильма, и внезапной популярности Беляевой, распуская слухи о том, что якобы она похожа на свою героиню, да и вокруг Лотяну молва плодила некрасивые скандальные истории. Их брак распался в 1984-м, не продержавшись и пяти лет.
Изюминка фильма «Мой ласковый и нежный зверь» – музыка. Звучащий в картине вальс Евгения Доги – самое популярное из более 200 произведений, созданных им для кино, его визитная карточка и самый известный киновальс в мире. Он, в частности, сопровождал открытие Олимпиад 1980 г. в Москве и 2014 г. в Сочи, часто используется хореографами и атлетами в танцевальных и спортивных номерах как на паркете, так и на льду. Президент США Рональд Рейган, пришедший в политику после успешной актерской карьеры в Голливуде, назвал это музыкальное произведение «вальсом века».
Лотяну и Дога заранее оговорили, какая по настроению музыка должна звучать в каждом эпизоде фильма. Поначалу для сцены свадьбы героини Беляевой собирались использовать какой-нибудь аутентичный вальс XIX века. Но в фонотеке ничего подходящего не нашлось, и тогда композитор заявил, что сочинит вальс сам. Однако о своем обещании благополучно забыл, а потому, когда спустя время к нему ворвался взбешенный Лотяну и стал требовать какой-то вальс, даже не сразу сообразил, чего от него хотят. Пытаясь выкрутиться, Дога стал наигрывать по очереди свои черновые наброски. Лотяну уже закипал от ярости, и композитор был уверен, что сейчас получит по затылку, причем в прямом смысле, когда взгляд режиссера упал на лежащий на полу листок с несколькими нотами, начертанными зелеными чернилами. «А это что?» – спросил он, поднимая листок. Дога наиграл, и тема Лотяну понравилась. Режиссер заставил композитора прямо при нем ее развить и, уходя, заявил, что, мол, крутись как хочешь, а чтобы завтра вальс был не только дописан, но и записан. Всего за одну ночь композитор доработал произведение и потом сам удивился тому, насколько легко получалась мелодия. Может быть, свою роль сыграл страх перед разбушевавшимся режиссером?
Утром Дога сдал вальс в работу, а вечером мелодия уже была записана оркестром кинематографии. Композитор боялся, что музыка покажется слишком простой и очень беспокоился, как воспримут ее музыканты оркестра. Когда, доиграв мелодию, они начали бить смычками по пюпитрам, автор даже не сразу понял, что таким образом оркестр ему аплодировал.
2020 год. Пал «вечный рекорд» Сергея Бубки
На этапе «Бриллиантовой лиги» в Риме швед Арман Дюплантис в прыжках с шестом преодолел планку на высоте 6 м 15 см, превзойдя на один сантиметр достижение Сергея Бубки, установленное в 1994 г.
Четверть века никто из «шестовиков» не мог приблизиться к результатам выдающегося советского и украинского спортсмена. Правда, в феврале 2014-го Рено Лавильени превзошел Бубку сразу на два сантиметра (6 м 16 см), причем сделал это на глазах у многократного рекордсмена на турнире «Звезды шеста» в Донецке. Однако свой феноменальный прыжок француз совершил в закрытом помещении, так что высшее достижение на открытых площадках так и оставалось непревзойденным.
Очередным кандидатом на высочайшие свершения специалисты называли юного Дюплантиса. И не зря. В Риме 20-летний швед произвел сенсацию, преодолев планку на высоте 6 м 15 см с большим запасом и установив таким образом новое мировое достижение в открытом помещении. Арман признался, что для него было важно побить рекорд именно в Риме – там, где 26 лет назад он был установлен Сергеем Бубкой.
На этом феноменальный швед не остановился. В июле 2022 г. Дюплантис на Чемпионате мира в США в состязаниях на открытом воздухе преодолел планку на высоте 6 м 21 см, а в феврале нынешнего года на турнире All Star Perche во французском Клермон-Ферране установил и новый рекорд в формате зала – 6 м 22 см. Впрочем, с 2000 г. мировая атлетика не рассматривает рекорды в прыжках с шестом в помещении и на открытом воздухе как отдельные, так что последний рекорд Дюплантиса является сегодня и высшим достижением в этой дисциплине.
Фото из открытых интернет-источников