На тему того, что такое вера и какое место она занимает в буддизме, написано много. Однако и я позволю себе небольшой текст на эту тему, так как заметил, что есть одна недостаточно прояснённая тема.
На это размышление меня навела фраза из книги Эриха Фромма, о которой я скажу немного дальше. Сначала же надо сказать, что в тех, довольно многочисленных публикациях и обсуждениях, которые я встречал, по вопросу наличия веры в буддизме, всё в основном было завязано на объяснение понятия шраддха (санскрит) или саддха (пали).
Действительно, в буддийских доктринальных текстах есть постулат о том, что путь буддиста начинается с шраддхи. Пытаясь объяснить значение этого понятия, английские авторы часто используют слова trust и devotion, а русскоязычные объясняют его как доверие в противовес религиозной вере. То есть той вере, которая не задаёт вопросов. Для буддиста же вполне нормальным является как раз задавать вопросы и искать ответы. И принимать только те, в которых есть ясность и, желательно, рациональное объяснение.
Однако суть религиозной веры, всё же, отнюдь не в том, чтобы слепо принять какие-то догматы. Как верно отмечает Эрих Фромм в книге "Человек для себя", в главе "Вера как черта характера", совсем без веры человек жить не может.
Хотя, начиная с эпохи европейского Просвещения, отказ от религиозной веры стал своего рода знаменем борьбы с довлеющей клерикальной идеологией, подавляющей всякое свободомыслие, без которого развитие человечества невозможно, в двадцатом веке в западном мире отказ от религиозной веры ушёл сильно дальше этого, став питанием для развития экзистенциальной неуверенности современного человека и всякого рода морального релятивизма. Новой религией стал меркантилизм, в котором эта базовая неуверенность и зыбкость моральных устоев оказалась питательной средой для разного рода дельцов, готовых предложить свои товары и услуги, которые, якобы, должны послужить замещением тому бессознательному "душевному дефициту", который испытывает современный человек, "освобождённый" от религиозной веры.
Теперь о религии принято говорить не иначе как о "рынке религиозных услуг". Вполне даже можно рассуждать о религиозном маркетинге. Хотя для кого-то это может звучать уж очень цинично, тем не менее это именно так - религиозные организации, церкви вполне себе рекламируют себя, привлекают пользователей, заботятся об удовлетворении их запросов и стараются удержать клиентов.
Однако современному человеку всё равно нужна вера. Как ценностная и смысловая опора в жизни. Как система нравственных ориентиров. Именно поэтому в современном мире и заметен так называемый "откат в средневековье". Научные знания явно теряют не только популярность, но и авторитетность, превратившись в удел академических интересов.В повседневной же жизни люди вдруг оказались весьма податливы к "залипанию" в разного рода верованиях, как квази-научного, вроде НЛП, или типично религиозного толка, будь то какой-то идеологический суррогат или даже конспирологические теории.
Всё этого говорит о том, что современному человеку, как и человеку прежних времён, нужна вера, и человек ищет её, но в силу невежества увлекается либо религиозными догматами (часто превращёнными в смесь суеверия и фундаментализма), либо какой-то религиозной экзотикой (и сюда мы вынуждены отнести и поверхностное увлечение буддизмом), либо даже разрушительными идеологиями вроде русского национал-большевизма.
Человек ищет веру, так как человеку нужна духовная опора. Эта потребность настолько остра, что человек готов уцепиться за что угодно, что хоть как-то на это похоже.
Эрих Фромм пишет:
Здесь уместно напомнить, что термин "вера" в Ветхом Завете - это "эмуна", что значит "устойчивость, надёжная опора".
Это действительно очень уместно, так как еврейское слово эмуна по-сути является прямым аналогом индийского слова Дхарма.
Вкладываемый в слово "вера" смысл, о котором я здесь пишу, это именно то, что непосредственно связано с понятием "религия" как духовная, идейная опора на жизненном пути человека. Вот точно в том смысле, как некто может сказать "это моя религия", говоря о неком жизненном принципе или искренней убеждённости в чём-то, или даже душевного увлечения чем-либо, что приносит глубокое удовлетворение.
Жизненный принцип, искренняя убеждённость, душевное увлечение - всё это и есть разные аспекты той веры, которую ищет и пытается обрести современный человек. Всё это можно объединить одним словом - жизненная опора.
Именно таково значение слова Дхарма. Это буквально твёрдая опора. Именно поэтому в своём известном "последнем наставлении" Будда говорит о том, что его последователи должны полагаться на Дхарму как единственную истинную, твёрдую опору.
При этом, хотя мы обычно понимаем, что в этом высказывании Будда говорит о своё учении, это всё же не совсем корректно. Сам Будда много раз повторяет в священных текстах, что Дхарма, которой он учит - это Высший Принцип. Чаще это переводят словом Закон, имея в виду именно это - высший безличный принцип, лежащий в основе всей жизни.
Но это не какой-то сугубо буддийский смысл. Таково понимание Дхармы в всей индийской культуре. Дхарма - это Основа мироустройства, Закон мироздания и надёжная, твёрдая Опора на трудном и зыбком жизненном пути.
Вся наша жизнь, всё, через что проходит наш жизненный путь - непостоянно, зыбко, изменчиво. В своих последних словах Будда говорит "вайа-дхаммо санкхара", то есть "всё, что создано кармой, подобно пыли на ветру". Можно послушать замечательную песню Dust in the wind группы Kansas, чтобы осознать это чувство. И только тот, кто знает Дхарму, имеет под собой твёрдую опору.
Так что, если рассматривать вопрос "Каково место веры в буддизме?" наиболее цельно и полно, то можно смело сказать - это кардинально важное, центральное место. Даже в главное формуле "принятия прибежища", то есть религиозном символе веры буддиста, Дхарма занимает место в центре, посредине между двумя другими Драгоценностями (Триратна - Три Драгоценности буддиста):
- Буддам-шаранам гоччами - Будда мой приют, моё прибежище
- Дхармам-шаранам гоччами - Дхарма мой приют, моё прибежище
- Сангхам-шаранам гоччами - Буддийская община мой приют, моё прибежище
Центральное или срединное место занимает главная драгоценность.
Поэтому для буддиста вера - это и "входные ворота" (шраддха, доверие и почитание), и верный спутник на пути (как посох для опоры, как плот в бурной воде), и смысл, цель жизни (артха-дхарма - в индийской традиции это означает "честь и долг человека"), и Высший Принцип, Закон, знание которого обладает освобождающей силой.
Духовный путь буддиста, начинаясь как "осознанная потребность" или даже просто интерес, переходит в доверие, потом в уверенность, раскрывается в искренней вере и стремится к своей кульминации - знанию-джняне или даже "благородному знанию" арья-джняне, освобождающему разум от оков невежества и всей той смрадной кучи дукхи - душевных и телесных мук и страданий, которые невежество порождает.