"...И день сиял, и млели розы,
Головки томные клоня,
И улыбалися сквозь слезы
Очами, полными огня."
Иван Бунин
Восхитительные розы от сочных бордово-пурпурных до воздушно-розовых и бархатистых белых пышно расцветают на полотнах Константина Коровина, вызывая неподдельный восторг и радость. Цветы он писал всегда, сирень и настурцию, мальву и фиалки и, конечно, царицу цветов - розу. В основном цветы служили фоном для чудесных женских портретов, а легкие светлые дамские платья только подчеркивали чистоту и красоту образа, создавая полную гармонию с природой. На картине "Летом. Сирень", написанной сочными широкими мазками, мы видим полное слияние фигуры женщины в белоснежном платье, склонившейся вдохнуть душистый аромат сирени, с окружающей зеленью и землей. Солнечные лучи, мягко касаясь густой зелени цветущего сада, рассыпаются на множество бликов, наполняя зрителя радостью и умиротворением.
Трудная задача, как признавался сам Коровин, передать "сближение тона и оттенки, очень мало разнящиеся друг от друга". С этой задачей художник великолепно справился в натюрморте "Сирень", показав многообразие оттенков сиреневого, фиолетового и лилового. Какой свежестью и легкостью веет от этой картины!
"Чувствовать красоту краски, света - вот в чем художество... Отношения тонов. Тона, тона правдивей и трезвей - они содержание. Надо сюжет искать для тона. У меня плохо оттого, что я не чувствую. Оторвано же сирени из окна чудо как хороши. Творчество в смысле импрессионизма",- так писал художник в 1892 году тогда впервые пытался передать многообразие оттенков сирени.
Розы и сирень, вероятно, были любимыми цветами Коровина, ведь они чаще других встречаются на его полотнах.
Но все же роза любимая "модель" коровинских натюрмортов. Все его королевы такие разные, с любовью вылепленные мастером широкими, чистыми и сочными мазками, на фоне обычного интерьера или бездонной синевы неба, шума моря или темной ночи, или даже блеска городских огней. Самые потрясающие, конечно, коровинские крымские розы, вероятно потому, что он всем сердцем любил этот край, особенно Гурзуф.
Весной художника просто одолевала бешеная жажда творчества.
"В Гурзуфе он писал свои розы, то влажные от утренней зари, то пламенеющие на солнце". Из воспоминаний Надежды Комаровской
Вдохновенно и быстро работал живописец с утра до самого вечера, меняя холсты, с особой тщательностью подбирая вазы к каждому новому букету. Глядя на коровинские розы, невольно ощущаешь прилив радости, восторга и какого-то праздника жизни. Он писал их всегда, и в счастливые моменты своей жизни, и в мрачные и тяжелые периоды войны, революции и разрухи. Когда не было живых роз, художник на холсте вдыхал жизнь в бумажные, которые по воспоминаниям современников всегда стояли в его доме.
Ах, эти коровинские розы! Ими восторгались, их покупали, они были знамениты. И уже будучи в эмиграции во Франции, художник получил письмо от такого же русского эмигранта, пригласившего Константина Коровина в гости:
"Я еще из Москвы помню Вас. Помню, восхищался картинами, и была у меня ваша картина "Розы в Крыму"-синее море и розы..."
Этот случай живописец описал в своем рассказе "Недоразумение".
А сколько души вкладывал мастер в свои произведения! В коровинские розы просто невозможно не влюбиться. Великолепные розы стали и органичным дополнением в портретах художника, таких как "Портрет артиста Ф.И.Шаляпина"1905, 1911, "На террасе" 1920, "Балерина в своем будуаре" 1923 и многих других. Розы на этих портретах лишены той яркой декоративности, которая так характерна натюрмортам художника, здесь цветы лишь слегка прописаны, они стали своеобразной огранкой, помогали еще лучше и полней раскрыть каждый образ.
"Красота сочетаний красок, их подбор, вкус, ритм - это и есть радость аккорда, взятого звучно", - говорил Константин Алексеевич.
И этот звучный аккорд художнику вполне удался, ведь его работы заряжают позитивом, несут радость и счастье, роза это и есть красота.
"В искусстве нужно писать и делать только любимое".
Розы это и было его любимое.