Однажды Будда, пребывавший на священной горе, в храме Раскатов грома, собрал всех будд, архатов, бодисатв и других небожителей и обратился к ним с такими словами:
- Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я усмирил строптивую обезьяну и на небе воцарилось спокойствие. Полагаю, что по земному исчислению уже половина тысячелетия. У меня есть священное писание, состоящее из трех книг. В одной книге, посвященной буддизму - Винайя - рассказывается о небе. Вторая книга - Трактаты, там говорится о земле. И третья книга - Сутра, в которой говорится о злых демонах. Эти книги состоят из тридцати пяти частей и составляют пятнадцать тысяч сто сорок четыре тома. Они помогают людям совершенствоваться и указывают истинный путь. Мне хотелось бы послать эти книги людям восточного континента. Если бы нашелся мудрый небожитель, который отправился бы в Китай и отыскал там верующего человека, который смог бы проделать длиннейший путь через горы и реки и прибыть сюда за книгами, я передал бы ему священное писание. Кто из вас согласится отправиться в Китай?
Не успел Будда договорить, как к лотосовому трону приблизилась бодисатва Гуаньинь. Трижды поклонившись Будде, она произнесла:
- Несмотря на скромные способности, которыми я обладаю, я хотела бы отправиться в Восточную землю.
- Вы, пожалуй, лучше всех справитесь с этим поручением, - взглянув на нее, восторженно промолвил Будда. - Ваша святость и необычайные дарования помогут вам с успехом завершить это дело. Я дам вам пять талисманов, - и он тут же приказал Ананде и Касьяпе принести вышитую парчой рясу и посох священнослужителя с девятью кольцами.
Передавая эти вещи бодисатве, Будда сказал:
- Рясу и посох передайте искателю священных книг, отныне они принадлежат ему. Если он примет твердое решение приехать сюда, пусть наденет эту рясу, и он навсегда будет избавлен от земных перевоплощений. А этот посох избавит его от всяких бедствий.
Бодисатва Гуаньинь почтительно приняла переданные ей вещи, после чего Будда вынул три обруча и, передавая их бодисатве, молвил:
- Эти амулеты называются: «сжимающие обручи». Если паломник встретит на своем пути какого-нибудь демона, то вы должны направить этого демона на путь Истины. Если же демон не пожелает сразу подчиниться, тогда этот обруч следует надеть ему на голову и произнести соответствующее заклинание. После этого глаза демона полезут из орбит, ему покажется, что от боли у него разрываются мозги, и тогда будет совсем легко обратить его в нашу веру.
Выслушав наставление, бодисатва почтительно поклонилась и, приказав своему ученику Мокше следовать за ней, ушла. Вскоре они достигли устья реки Жошуй, впадающей в реку Сыпучих песков.
Вдруг раздался сильный всплеск и из бушующих волн выскочило отвратительное чудовище, длинное, с острыми клыками и горящими глазами. Мокша своим железным посохом преградил чудовищу путь.
- Ты откуда взялся, монах, и как смеешь сопротивляться мне?! – крикнуло чудовище.
- Я принц Мокша, второй сын Вайсраваны. Я охраняю бодисатву.
Увидев Гуаньинь, чудовище застонало.
- Смилуйся надо мной, бодисатва, - взвыло оно. - Разреши слово молвить. Я вовсе не чудовище, я главный полководец Дворца священного небосвода. Прежде я прислуживал Нефритовому императору во время его поездок на колеснице фениксов. И вот на Персиковом пиру со мной случилось несчастье: я разбил хрустальную вазу. По приказу императора я получил восемьсот ударов палками и был отправлен в нижний мир и превращен в чудовище. Я страдаю от голода и холода, поэтому раз в несколько дней выхожу из воды и подкарауливаю какого-нибудь путника, он и служит мне едой.
- За совершенные на небе преступления ты изгнан в нижний мир, - сказала бодисатва. - А сейчас еще осмеливаешься губить живые существа! По велению Будды я направляюсь в Восточную землю для того, чтобы найти человека, готового отправиться на поиски священных книг. Почему бы тебе не присоединиться к нам и не вступить на путь добродетели? Успешно завершив дело, ты искупишь свою вину и будешь восстановлен в прежней должности. Что скажешь ты на это?
- Я бы очень желал встать на истинный путь, - отвечало чудовище. – Но за время своего пребывания здесь я поел огромное количество людей. Их головы я бросал в реку Сыпучих песков, и все они погружались на дно. Однако черепа девяти паломников не пошли ко дну и продолжают плавать на поверхности. И вот я опасаюсь, что паломники за книгами уже больше не пойдут этим путем.
- Не может этого быть, - успокоила чудовище бодисатва. - Ты возьми эти черепа и повесь их себе на шею. А когда прибудет паломник, для них найдется применение.
- Ну, в таком случае, - сказало чудовище, - я с большой охотой дам обет.
И вот бодисатва возложила на чудовище руки, сообщила ему заповеди и дала имя Ша У-цзин - Песчаный монах.
И Гуаньинь со своим учеником снова отправилась в путь. Вскоре они увидели перед собой высокую гору. Сверху донизу гора эта была окутана каким-то отвратительным смрадным чадом. И вот, в тот момент, когда бодисатва и ее ученик хотели подняться на своих облаках и перевалить через гору, неожиданно забушевал ураган и перед ними появилось отвратительное, свирепое на вид чудовище. У него была огромная пасть, невероятно длинные уши и острые, как шило, клыки. В лапах оно держало грабли.
Чудовище ринулось на бодисатву и, взмахнув своими граблями, собралось нанести ей удар. Однако Мокша отразил этот удар и, в свою очередь, замахнулся посохом. Но тут Гуаньинь бросила между ними цветок лотоса.
Чудовище подняло глаза, узнало бодисатву и, поклонившись до земли, громко запричитало:
- Смилуйся надо мной, бодисатва!
Гуаньинь спустилась на своем облаке и, приблизившись к ним, сказала:
- Ты кто, кабан или старая свинья? Как смеешь ты преграждать мне путь!
- Да я вовсе и не кабан и не старая свинья, - отвечало чудовище. Я был небесным полководцем на Млечном Пути. Однажды я немного выпил и пошутил с богиней луны. За это Нефритовый император приказал всыпать мне две тысячи ударов и изгнать на землю. И вот, когда настал срок моего перерождения, мне пришлось драться, чтобы воплотиться в какое-нибудь существо. К несчастью, я по ошибке попал к свинье в брюхо. Вот поэтому я и приобрел подобный вид. Живу я тем, что ловлю путников и пожираю их. Умоляю тебя, бодисатва, простить мои прегрешения!
- Сейчас я по велению Будды следую в Китай, - сказала Гуаньинь, - чтобы найти паломника за священными книгами. И вот если бы ты стал учеником этого паломника, то смог бы отправиться вместе с ним в Индию и искупить все свои грехи. Тогда, ручаюсь тебе, ты избавился бы от всех бедствий.
- Я всеми силами желаю этого! - несколько раз повторило чудовище.
Тогда бодисатва возложила на его голову руки, и чудовище приняло постриг, получив монашескую фамилию Чжу - свинья, а полное имя - Чжу У-нэн - Свинья, постигающая человеческие способности. Ему было велено встать на путь Истины, дать зарок не употреблять запретной пищи и ждать прибытия паломника.
После этого бодисатва и Мокша продолжали свой путь. Вдруг они услышали зов Нефритового дракона. Приблизившись к нему, бодисатва спросила:
- Откуда ты взялся, дракон? И за какие грехи находишься здесь?
- Я сын Царя драконов Западного океана Ао Жуна, - отвечал тот. - По моей вине во дворце произошел пожар. Тогда Нефритовый император велел дать мне триста ударов и подвесить на небе. На днях меня казнят. Милостивая бодисатва, помоги мне, спаси меня!
Выслушав его, Гуаньинь поднялась на небо и попросила Нефритового императора простить дракона и отправить его сопровождать паломника за священными книгами.
Нефритовый император тотчас же отдал приказ о помиловании дракона и послал небесных командиров привести преступника и передать его в распоряжение бодисатвы. Бодисатва приказала дракону спуститься в глубокую реку и там ожидать прихода паломника. После этого дракон должен превратиться в белого коня и искупить свою вину верной службой.
А бодисатва с Мокшей продолжали свой путь. Но не успели они пройти и нескольких ли, как перед ними блеснули расходящиеся во все стороны золотистые лучи и воздух наполнился чудесным ароматом.
- Учитель, - промолвил Мокша, - эти лучи исходят с Горы пяти элементов, на которой я вижу печать Будды.
- Не под этой ли горой заключен Великий Мудрец, равный небу, который расстроил Персиковый пир и учинил неслыханный дебош в небесных чертогах? - спросила бодисатва.
- Именно под этой, - подтвердил Мокша.
Поднявшись на гору, они увидели там печать и на ней четыре священных слова: «Ом мани падме хум».
Разговор бодисатвы с Мокшей растревожил Великого Мудреца.
- Кто это там говорит о совершенных мной проступках?! - громко крикнул он.
Услышав это, Гуаньинь спустилась с горы и пошла на голос. Под горой она увидела местных земных и горных духов, а также стража-хранителя, стороживших Великого Мудреца. Они собрались, чтобы приветствовать ее. Дух-страж провел бодисатву к тому месту горы, где была упрятана обезьяна. Преступник находился в каменном ящике и, хотя мог говорить, но не в состоянии был шевельнуть ни рукой, ни ногой.
- Ну как, Сунь Укун, узнаешь ты меня? - спросила бодисатва.
Великий Мудрец широко раскрыл свои огненные глаза и, кивнув головой, громко крикнул:
- Да как же мне не узнать тебя?! Ты - милосердная спасительница от всех бедствий, бодисатва Гуаньинь с острова Поталака. Очень благодарен тебе за внимание. Сюда, где день тянется, словно год, никто из моих друзей и знакомых не пришел навестить меня. Откуда же ты явилась?
- По велению Будды я направляюсь в Китай, чтобы отыскать паломника, который отправится за священными книгами, - отвечала Гуаньинь. - А так как эта гора лежит на нашем пути, то я и решила задержаться и навестить тебя.
- Будда одурачил меня, - пожаловался Великий Мудрец, - прошло уже более пятисот лет с тех пор, как он заключил меня под этой горой, где я не могу даже шевельнуться. Умоляю тебя, милосердная бодисатва, спаси меня, если можешь!
- Ты совершил слишком тяжкое преступление, - отвечала ему Гуаньинь, - и я боюсь освободить тебя, ведь ты снова можешь натворить всяких бед.
- Нет, я уже раскаялся, - сказал на это Великий Мудрец, - и надеюсь на твое милосердие. Единственное, чего я желаю сейчас, - это стать на путь Истины и всего себя посвятить делам милосердия.
Бодисатва осталась очень довольна ответом Великого Мудреца и сказала ему:
- В священном писании говорится: «Добрые слова находят сочувствие за тысячу ли, дурные слова встречают отпор за тысячу ли». Если у тебя действительно добрые намерения, то обожди, пока я побываю в Китае, в земле Танов, и найду паломника. Я постараюсь, чтобы он освободил тебя. Ты станешь его учеником, примешь постриг и сможешь вступить на путь Истины. Что ты на это скажешь?
- Я всем сердцем готов так поступить! - воскликнул Великий Мудрец.
Покинув гору, бодисатва и Мокша отправились дальше на восток и вскоре достигли города Чанъаня в царстве Танов. Спустившись на землю, наши путники приняли вид оборванных странствующих монахов и вошли в город. Наступил уже вечер. Бродя по улицам, путники увидели храм Бога города и вошли в него. Появление бодисатвы, которую, несмотря на превращение, можно было узнать, привело в страх и трепет местного бога и богов - хранителей храма, и все они почтительно склонились перед богиней.
- О моем появлении никто не должен знать, - сказала им Гуаньинь. - Прибыла же я сюда по поручению Будды. Мне нужно найти паломника, который доставил бы священные книги из Индии в Китай. Я хотела бы остановиться на несколько дней в одном из ваших храмов, а как только найду нужного мне человека, тотчас же отправлюсь в обратный путь.
Переложение сделано по изданию "Путешествие на запад" (Пер. с китайск. А. Рогачева). М., Гослитиздат, 1959