«Я не признала её.
В каскаде локонов, со вздёрнутой залаченой чёлкой. При макияже «на выход» и в платье с блёстками. Она выглядела неузнаваемо, словно изменилась не внешне, а переиначила всё внутри. И взгляд был нежен и дерзок - она никогда не была такой!
Я вертелась вокруг, задавала незначащие вопросы, вызывала в ней приметные мне эмоции. Казалось, если я разозлю или удивлю её, она откликнется чем-то привычным. Округлит по обыкновению глаза, вытянет губы в трубочку и протянет хрипловато: «Да, ладно..» Но она не реагировала на мои подколы - перевоплотилась до уровня атомов. Ей так нравилась роль - роскошная и необычная. Что мои наезды лишь веселили её.
Она крутанулась на каблуках и юбка «в атласе» обтянула зад. Платье до колен оказалось пошито с изъяном, нескладные лекала обнаружили на пояснице пузырь. И он некрасиво торчал, при определённых движениях. Я слиняла в лице и она тотчас же отыграла беспокойством..
«Так вот, что тебя взбаламутит..» - прошептала я. И свела брови потеснее к переносице. Повернула её уже принудительно, будто тороплюсь убедиться в чём-то. Уж окончательно! И она зажалась мгновенно и обхватила руками в кольцах низ подола. «Ах, ты!» - она выдала себя с потрохами.
Мигом карнавал кончился и миру явилась известная всем деваха. С комплексами, склонностями к самобичеванию и прорвой неудачных романов.
Ей стало отвратительно ясно - фанаберия не случилась! И мне доказать ничего не удалось - куда уж придирчивым и нагловатым мужикам! Я - как лакмус и ускоритель процессов - вычленила недостатки мистификации. И уверила в низком «профессиональном» уровне. Гейша из неё - никакая!
Она плакала жалко, уродливо. Со всхлипами и подрыдываниями. Утирала полотенцем щёки, до красного. И размазала тушь и тени по всему плоскому лицу. Причёска сбилась, лаковая чёлка распалась на отдельные вислые пряди. Чуда не произошло - весь коллектив парикмахерской трудился зря. И деньги, вложенные в «красоту», вылетели на ветер. И самооценка снова обвалилась!
Уходя, я улыбнулась: «Не дрейфь! Будет и на твоей улице мероприятие. Например, субботник весенний..» Она послала меня матом..»
фа-на-бе́-ри·я
- устар., разг., пренебр. пустое, ни на чём не основанное, неуместное высокомерие; пустое мелкое чванство ◆ — Вам своя фанаберия дорога, извиниться не хочется, — продолжал штаб-ротмистр, — а нам, старикам, как мы выросли, да и умереть, Бог даст, приведётся в полку, так нам честь полка дорога, и Богданыч это знает. Л. Н. Толстой, «Война и мир», 1867–1869 гг. гг. [НКРЯ] ◆ И единственным человеком в селе, перед которым с него слетали весь форс и фанаберия, был участковый уполномоченный. Н. И. Дубов, «Небо с овчинку», 1966 г. [НКРЯ] ◆ — Более всего полюбился москвичам Соболев тем, что чувствовали они в нём истинно русского человека, без чужестранных фанаберий и экивоков. Б. Акунин, «Смерть Ахиллеса», 1998 г.