Экскурсия начиналась в девять. Но хожу я тихо, поэтому встаю всегда намного раньше . А еще вчера шел дождь, и я смотрела на улицу , не зная, как одеться. В итоге натянула спортивные штаны, футболку, и решила, что так будет нормально. К тому же на вокзале меня ждал кофий, и я вылетела с девятого этажа навстречу счастью. Когда вышла, даже не сильно ощутила изменения температуры, шла по арке и думала, что это дует потому что арка. Но когда вышла на улицу Жуковского, я осознала, что в арке и не дуло совсем. Замерзла я в одну минуту, и резко остановилась. Впереди целый день, и ветер вряд ли успокоится.
Я развернулась и пошла домой. Ну потому что гладиолусы. Благо до девятого этажа ходит лифт, и кофтенка моя висела на стульчике. Я утеплилась, вышла на улицу , и поняла, что вот так, само то. Ножки почти побежали к вокзалу. Вот и ларечек, вот и кофеечек. И в запасе сорок минут, красота. Только вот где его пить, этот кофе, на улице, как всегда, или пойти в зал ожидания? Я выбрала улицу. Вокзал прекрасно загораживал меня от ветра, а картинка перед глазами делала счастливой. После кофе у меня осталась пара дел. Вот их я пошла делать в зал ожидания, и почти что успела. До наступления времени встречи с гидом.
Ну а когда я катилась по эскалатору на место встречи, гида увидела сразу, и рядом с ним еще никого не было. Красота. Люблю приходить раньше всех. Меня отметили и послали погулять по залу. Гулять я не стала, а нашла место посидеть. Но ровно по времени все, как это ни удивительно , собрались, и мы двинули к автобусу, который стоял у Минских ворот. Экскурсовод, Наташа, сначала по привычке бежала, и я уже было хотела на нее наехать. Но не успела. Видимо она профессионал высокого класса и все поняла сама по моей походке. Притормозила, обернулась, и сказала :"Я пойду медленнее". Как же здорово, когда тебя понимают без слов!
Езды от вокзала до Хатыни, я думаю километров 75. Автобус конечно "Мерседес", и что меня порадовало, так это то, что на пятнадцать мест, нас всего десять человек. Путь мы начали по проспекту Независимости , и по нему же выехали за город. Как только мы тронулись, начался рассказ о Белоруссии, войне, и партизанах. Ну война и партизаны, для меня это слова-синонимы. Я в детстве читала про Ковпака, не помню где он партизанил, но история, которая была изложена на пятиста страницах, меня захватила. Поэтому к партизанам, я до сих пор отношусь, как к лесным волшебникам освободителям.
Ну на хорошем автомобиле, и дорога казалась короткой, проехав чуть больше часа, мы свернули направо, и я увидела большие серые буквы "Хатынь", еще пять километров и мы встали на стоянку мемориального комплекса. Время было десять тридцать , а машин на стоянке было достаточно. Все здесь было в черно серых тонах, и не было слышно громких голосов. Казалось что все говорили шепотом. Наша Наталья ушла и приказала ждать нового гида. И наша маленькая компания разбрелась по близлежащей территории. Но рассмотреть все, как следует мы не успели, потому что нас призвала к порядку гид мемориального комплекса , Полина.
Мы познакомились и отправились за ней. Идти было всего метров пятьдесят. Ну до того места, где начинался мемориальный комплекс. Здесь стоял черный постамент, на котором была написана дата, когда сожгли деревню. 22 марта 1943 года. Эта дата была константой. Остальные цифры изменились. Потому что мемориал был открыт в 1969 году, а оказывается за пятьдесят лет жизнь сильно изменилась. И изменились статистические данные. Цифры увеличились, благодаря поисковикам и архивам. Сожженных деревень насчитали больше одиннадцати тысяч. Так же увеличилось количество жертв этой войны, и теперь считается, что погиб не каждый четвертый белорус, а каждый третий.
А мы по асфальтированной дорожке посреди которой алели листья растений, которые однозначно символизировали кровь, шли к главной фигуре этой деревне, которая стояла в самой середине мемориального комплекса. Ну все знают, что это мужчина с ребенком на руках. Смотреть на него даже с учетом того, что ты знаешь, что он отлит из металла, больно. Скульптор передал все эмоции мужчины, у которого на руках умер сын. Неизбывное горе. А как по другому назвать эту эмоцию? Вот этим и пронизано все железо. Оно кричит, оно стонет, оно плачет. А что творится внутри у тех, кто стоит рядом. Кто то потупил взгляд, кто то вытирает слезы, равнодушных здесь нет, все в моменте, все едины.
Вот он, "Непокоренный человек"