Дело известного адвоката Тимура Идалова, вспомнившего в столичном суде героя итальянского сериала комиссара Каттани, не передали в Чечню. Верховный суд России отказался изменить его территориальную подсудность. В итоге дело защитника, обвиняемого в угрозе прокурору (ч. 1 ст. 318 УК РФ), рассмотрит Никулинский суд Москвы.
Высшая судебная инстанция страны не отменила юристу и меру пресечения в виде запрета определенных действий (ЗОД). В его рамках ему запрещено пользоваться сотовой связью, интернетом, отправлять и получать корреспонденцию, что, как настаивал фигурант, сильно мешает ему работать и содержать семью.
По словам защищающего Идалова адвоката Хамзата Шаро, для того чтобы выслушать доводы заявителя, Верховному суду потребовался час.
Свою просьбу защита мотивировала тем, что судьи Никулинского суда Москвы не смогут быть объективны и беспристрастны. Ведь именно один из них, Алексей Бобков, в 2022 году обратился в Следственный комитет с заявлением на Идалова. Последний, участвуя в процессе, допустил неосторожное высказывание в адрес гособвинителя Татьяны Тарасовой (известна по делу футболистов Александра Кокорина и Павла Мамаева. — Business FM). Он сказал прокурору: «Вы что, комиссар Каттани? Так его расстреляли». В итоге против защитника завели дело, обвинив в угрозе применения насилия в отношении представителя власти, не опасного для жизни и здоровья (ч. 1 ст. 318 УК РФ).
В апреле 2023 года Тимура Идалова (он известен тем, что защищал проходившего по одному делу вместе с экс-губернатором Хабаровского края Сергеем Фургалом Марата Кадырова, представлял интересы правозащитника Льва Пономарева (признан СМИ-иноагентом), а также лиц, обвиняемых в терроризме и экстремизме) арестовали. Выйти из СИЗО адвокат смог только спустя три месяца, в начале июля, по решению Мосгорсуда. Его дело отправили на рассмотрение в тот же Никулинский суд Москвы судье Константину Дубкову. «Он коллега того судьи, который написал на него заявление. И они хоть и сидят на разных этажах, но работают в одном здании», — отмечает Хамзат Шаро.
По его словам, объективность рассмотрения дела была поставлена под сомнение еще и тем фактом, что обвинение в деле Идалова поддерживает прокуратура Москвы, где работает потерпевшая. Поскольку ряд свидетелей защиты проживают в Чечне (кстати, именно там Тимур Идалов временно зарегистрировал и там получил статус адвоката), обвиняемый и просил направить его дело на родину. При этом защита не указывала в ходатайстве, в каком еще суде могло бы слушаться дело, однако, как уточнил Хамзат Шаро, подразумевалось, что ее бы устроил любой районный суд Москвы.
Одновременно Тимур Идалов попросил Верховный суд отменить ранее избранную ему меру пресечения в виде запрета определенных действий (ЗОД). Он назвал ее применение неоправданной. «Избирая ее, суд не ограничился несколькими запретами, а применил почти все, прописанные в статье 105.1 Уголовно-процессуального кодекса, за исключением возможности управлять автомобилем», — отметил Хамзат Шаро. Он посетовал, что при условиях, когда его коллеге нельзя пользоваться сотовой связью, интернетом, а также отправлять и получать корреспонденцию, Идалову довольно сложно работать адвокатом и содержать семью: малолетнего ребенка, дочь-студентку и неработающую жену. «Он не может общаться с клиентами по телефону. Доходит до абсурда, что его не могут известить по почте об участии в том или ином суде независимо, по его делу или другим делам. Один раз я был свидетелем того, как к нему подошел сотрудник Никулинского суда Москвы и вручил ему корреспонденцию из других судов. Выглядело это очень странно», — рассказал адвокат.
В свою очередь прокуратура не усмотрела оснований ни для изменения подсудности, ни для отмены пресечения Идалову. В итоге судья Верховного суда обе просьбы отклонил.
Идалов и его адвокаты намерены обжаловать принятое решение в президиуме Верховного суда России. Они затруднились ответить на вопрос о том, когда может начаться процесс в Никулинском суде. В случае доказанности вины защитнику грозит до пяти лет лишения свободы. Свою вину юрист категорически отрицает.