...иметь ключи от подвала гораздо удобнее, чем кажется, - особенно ночью, когда все спят, когда никто не видит, как я открываю дверь, как я выбираюсь в дом, а ночью в доме можно делать, что угодно, уж вы мне поверьте. Можно, например, сидеть в хозяйском кабинете, который по праву принадлежит мне, а еще можно вспомнить, что Хельга так и не перенесла свою кровать, даже когда пол в спальне на последнем этаже обвалился, и некуда было ставить кровать, и Хельга повелела подвесить кровать под потолком на цепях, сходящихся в одну цепь, которую можно обрубить одним точным ударом, и еще услышать пронзительный крик и грохот, прежде чем броситься вниз по лестнице и захлопнуть дверь в подвал до того, как дом наполнится возгласами. А еще можно вспомнить, что на четвертом этаже поместья наполовину обвалился пол в коридорах, и его обнесли перилами там, где можно ходить – и можно под покровом ночи передвинуть перила и загасить лампы, чтобы услышать, как свалится младший Бартон.
Еще интереснее иметь ключи от дальней части подвала – там, внизу по лестнице, чтобы открыть их, когда Эсти пойдет в подвал принести мне еды, и даже не заметит, что дверь в подвал открыта, и дверь в дальнюю часть подвала тоже открыта, и так и будет идти вниз по лестнице, пока не упрется в стену – тут-то я и захлопну дверь дальней комнаты, оставив Эсти наедине с темнотой на веки вечные. Кстати, интересно, что там за стена, в которую упирается лестница, наверное, там тоже был какой-то ход, любопытно, какие узники там могут быть погребены.
Можно выйти из подвала под покровом ночи и поставить два зеркала напротив друг друга, а между ними оставить зажженную свечу. Алан всегда доходит до конца коридора и сворачивает налево, в сторону своей спальни, но на этот раз он свернет не в коридор, а в зеркало, провалится в зазеркалье, а поскольку я тут же выскочу из-за угла и наклоню зеркало, Алан заскользит по паркету бесконечно вниз, вниз, вниз, пока не вылетит из окна с отчаянным криком.
Не менее интересно подсунуть Делии книгу, в которой я со скрупулезными подробностями опишу поместье, саму Делию, её жизнь – так точно, что Делия сама не заметит, как окажется внутри книги, которую я незамедлительно брошу в камин. Вот так мало-помалу я расправляюсь со всеми, кто запер меня здесь, но Коллинз, кажется, о чем-то догадывается....
.
- ...Где вы это взяли? – спросил я Коллинза.
- Я нашел это на столе... ума не приложу, как туда попала эта рукопись...
- ...кто сидит в вашем подвале?
- В том-то и дело, что...
- ...даже не пробуйте отпираться.
- Даже не пробую. Дело в том, что у меня нет никакого подвала...
- Да? но если хорошенько обследовать поместье...
- ...так в том-то и дело, что никакого поместья у меня тоже нет, не говоря уже обо всех перечисленных лицах... мне не знакомо ни одно имя...
- Ну, ничего себе... гхм, любопытно... очень любопытно...
.
- ...вы меня не помните?
- Простите... нет...
- Коллинз...
Коллинза и правда было не узнать, он совсем изменился, отрастил бороду и пару крыльев.
- Так вы...
- ...вы помните рукопись?
- Да, и...
- ...за это время в моей жизни поменялось многое, очень многое... я женился на Хельге...
- ...поздравляю вас.
- ....теперь я живу в её поместье, с её сестрой Делией, её мужем Аланом, бабушкой Эсти... понимаете?
- И... и кто же заперт в вашем подвале?
- То-то и оно, что никто!
- Но... постойте... в таком случае в доме должен быть кто-то, кто не упоминается в рукописи, тот, кто писал её!
- В том-то и дело, что никого такого нет!
- Невероятно... немыслимо...
- Вы... вас не затруднит приехать к нам на пару дней?
- Постараюсь... правда, у меня нет колес, мне трудновато будет приехать...
- Ничего, я оплачу ваш ремонт... в жизни не доводилось встречать такой умный велосипед...