10 сентября исполнилось 90 лет со дня рождения Евгения Хрунова. В списке советских космонавтов он значится под номером 15. А в нашем списке – он навсегда первый. Первый тульский космонавт.
О том, каким был в жизни Евгений Хрунов, мы поговорили с его младшим братом, Виктором Васильевичем Хруновым.
Мы гордимся своей фамилией
– Виктор Васильевич, на что обращаешь внимание, читая интервью Вашего брата, – он всегда тепло говорил о маме.
– Я за все время ни разу не слышал, чтобы она заругалась, накричала, ударила кого-то из нас. Мы для нее были ее жизнью. После смерти отца она всем нам помогла встать на ноги. Отца свалил несчастный случай. Его трактор в апреле провалился под лед. Отец, здоровый до этого человек, сгорел за неделю. Поэтому, когда я слышу, как по телевизору кто-то жалуется: «Ой, я бедная, несчастная», – всегда думаю: «Ты мою маму спроси, как она одна вырастила шестерых детей».
Когда Женя после училища приехал в свою часть, первое, что он сделал, – пошел в бухгалтерию и написал заявление, чтобы ежемесячно по такому-то адресу его матери из зарплаты отсылали 500 рублей. После 1961 года – это 50 рублей. Мы жили в поселке уже. Мама работала на заводе, получала где-то 90 рублей по-новому и Женины 50. Ничего, выросли. Сейчас мы только с Ниной остались вдвоем.
– Фамилия Хрунов что-то значила тогда?
– В советское время – да. Меня однажды спросили: «Ну вот у тебя брат такой знаменитый, а ты работаешь начальником электроцеха?» Я сказал: «Он – это он. Он добился того, чего добился. А я – это я». Мы гордимся своей фамилией. Им гордимся. Но это не значит, что он должен был всех нас куда-то тянуть.
Считаю, что Господь велел мне заниматься памятью о Жене. Я создал музей на нашей родине, сам его строил, установил мемориальный знак на месте нашего дома. В свое время создавал фонд имени Жени, книги его переиздавал.
Евгений Хрунов. Открытка советского
периода из серии «Летчики-космонавты СССР».
У Жени была огромная библиотека, он учился всю жизнь. Поступил в техникум, хорошо его закончил. С медалью и красным дипломом – Военно-воздушную инженерную академию имени Жуковского. Как сказал о нем Алексей Леонов, «единственный из отряда, который получил красный диплом и медаль до полета», то есть исключительно своим трудом. Все остальные получали дипломы потом. Участвовал интенсивно в создании многоразового космического корабля «Буран». Тренировался для полета на Луну. Женя был готов к этому полету, он прошел полную подготовку с Дмитрием Заикиным. Но когда американцы побывали на Луне, наши закрыли эту программу.
Евгений Хрунов.
Первый репортаж из космоса
– Когда Вы узнали, что Ваш брат полетит в космос?
– В 1965 году к нам домой принесли телевизор «Рекорд», приехали корреспонденты. Женя должен был полететь в космос. Говорят: мол, так и так, сейчас будет репортаж. И вдруг идет репортаж, а в космосе, к всеобщему удивлению, – Леонов с Беляевым.
– Ожидали одних в космосе, а полетели другие?
– Алексей Леонов с Павлом Беляевым считались основным экипажем, а Женя с Заикиным – вторым. Когда сдавали экзамены, Королев похвалил дублеров. Сказал, что они лучше подготовлены. Получалось так, что уже Леонов и Павел Беляев становились дублерами. Командиром отряда в то время был Юра Гагарин. Он подошел к брату и сказал: «Жень, пусть Паша с Алексеем летят, давай переиграем. Ты все равно полетишь, а Паша, если сейчас не полетит, может, никогда этого шанса не получит». У Паши уже были проблемы со здоровьем, он умер через несколько лет после того полета. Женя согласился и полетел только в январе 1969 года.
Евгений Хрунов в селе Непрядве идет к своей школе.
– А тогда Вы что-то знали о полете?
– Не знали ничего. Накануне, 14 января, к нам приехал корреспондент «Труда». Я как раз тоже зачем-то приезжал домой между экзаменами, у меня сессия была. Мы с этим корреспондентом вернулись в Москву, и он меня пригласил в редакцию, где я слышал первый прямой репортаж из космоса, как раз когда была стыковка.
Евгений Хрунов в одном из цехов Новомосковского химического комбината.
– И как все это было?
– В конференц-зале собралась вся редакция. Там ведь у Жениного корабля штырь, а у Шаталова – ниша, куда они должны входить, – соединение «папа-мама». Момент стыковки, Женькин голос: «Борис, вгоняй ему «шершавого». – И потом голос Шаталова: «Ну, гады, изнасиловали». Через пять минут повтор передачи – все уже вырезано.
– Шутка в итоге пропала в космосе. Зато осталась в истории шутка про первого космического почтальона. Ведь после стыковки Евгений Хрунов через открытый космос доставил на борт стартовавшего днем ранее корабля «Союз-4» свежие газеты с сообщением о полете...
– Когда они приземлились, не помню, кто из ребят из отряда такую присказку придумал: шатались-шатались, волынили-волынили, ни хрена не сделали и еле сели. (В этой фразе зашифрованы фамилии космонавтов первого отряда: Владимир Шаталов, Борис Волынов, Евгений Хрунов, Алексей Елисеев).
Никто не считал это подвигом
– А Вы, получается, с Гагариным были знакомы?
– Виделись с ним два раза. Один раз у Жени дома, какой-то праздник был. Простой, очень доступный, без гонора. Очень живая, дружелюбная, радостная улыбка.
Прием на родине в почетные пионеры.
– В итоге Евгений Васильевич один раз побывал в космосе...
– Он должен был лететь в космос в 80-е, но повредил себе сустав на ноге, год ходил в резиновом чулке. Из-за этого полетели дублеры. Ему предложили возглавить управление военного Внешторга – по-нынешнему Росвооружение. А так как он был очень порядочным и честным человеком, трижды его представление на генерал-майора отклоняли – так и остался полковником. Мне кажется, когда он в 1991 году ушел, там вздохнули с облегчением. Он сам никогда не воровал и никому не давал. Помню, в 1989 году мы ехали на дачу, я ему говорю: «Жень, с этой перестройкой кругом бардак, контроля никакого нет. Можно и для себя что-то сделать». Он мне ответил: «Знаешь, Виктор, у меня 700 рублей пенсия и столько же зарплата. Мне хватает. Но я знаю и уверен, что ко мне никто не придет с претензиями. У меня все чисто и честно».
Макет стыковки Союзов в павильоне Космос на ВДНХ 1973 г.
– То, что он уезжал в командировку в Чернобыль, могло послужить причиной его раннего ухода из жизни?
– Три месяца он там был. Думаю, ему предложили поехать, а он никогда не отказывался, если что-то поручалось. Но вы знаете, что из двадцати человек первого отряда космонавтов только четверо перешли 70-летний рубеж? У одного из них после центрифуги полопались сосуды, и он был отчислен из отряда, даже на кукурузнике летать не мог. Сергей Залетин сказал как-то: «Если бы мне сейчас дали тот скафандр, в котором Евгений выходил в космос, я бы ни за что не пошел». Они были первыми. Сами экспериментировали, и на них экспериментировали. Я же их всех знал, весь отряд. Никто из них не считал это подвигом. Это работа. Это были очень порядочные, веселые, честные ребята.
Читайте полную версию статьи на сайте MySlo.ru:
Туляк Евгений Хрунов – первый космический почтальон и второй в открытом космосе