Глава 69.
- Зиночка, мне сегодня звонила сестра Амина. К ней заявилась Мириам со скандалом. Обвиняла меня, что я об оставленной жене, о Есмин не забочусь, как требует закон шариата. Есмин, сказала Мириам, болеет очень сильно, чуть ли не умирает, денег у нее нет ни на лечение, ни на питание. Сестры Мириам и Джамиля требуют, чтобы я прислал денег.
- Хитрят, скорее всего. Лживые сестрицы у Есмин. Не спросила Амина, устроилась ли Есмин на работу? Больничный ей платят?
- Что ты? Она ведь, пока была замужем, ни дня не работала. Но помочь ей, считаю, должен. Я ведь ответственен за нее по нашим законам. Прости, такой уж я тебе достался - с двумя детьми, с бывшей женой, которая до сих пор на моей шее. Хоть бы замуж ее кто-нибудь позвал!
- А о детях Мириам спрашивала?
- Представь себе - нет! А что с этой Мириам взять? Сестры к моим детям никогда хорошо не относились. Рашид боится вспоминать время, когда он жил в этом таборе. Я отправил Есмин перевод. Ты не будешь меня ругать?
- Что делать? Послал и послал. Она мать твоих детей, тем более она болеет.
Зина была не в восторге от ситуации, но упрекать Васима не стала. Расстраиваться из-за денег? Ну уж нет! Она выстрадала свое счастье и омрачать его не собирается. Вдруг Есмин и в самом деле больна? Говорить ли об этом детям? Вот вопрос?
- Васим, тебе надо поговорить с Аминой. Позвони ей, пусть получше разузнает, какая помощь нужна.
- Я уже сказал, чтобы она сходила к Есмин и своими глазами посмотрела, что с ней. Может статься, самому ехать туда придется, тем более, что для моей диссертации мне нужно покопаться в архивах в Душанбе.
Новости с родины Васима тревожили, но детям о болезни матери он решил пока ничего не говорить. Денег лишних у него, конечно, не было. Ему, как ветерану, выделили талон на машину Жигули универсал. Он ждал вызова. Больше всех радовался машине Рашид, предвкушая, как он будет учиться ее водить. Он проверял почтовый ящик по пять раз на дню. Васим подготовил для нового "члена семьи" гараж, подштукатурил внутри, побелил. Машину водить он умел, в бытность работы в партийных органах он частенько ездил на персональной Волге без водителя сам за рулём.
******
Приближался новый 1984 год. Зима пришла в город на Неве с опозданием. Проснулась Алька и не поверила глазам. Было так светло, что она подумала, что проспала лекции, что уже по крайней мере полдень. Выглянув в окно, увидела с высоты девятого этажа засыпанный снегом город. Крыши, дороги и тропки, кусты и деревья, вчера ещё серые и мрачные, сегодня укрылись первым пушистым снежком. Снег летел, порхал, кружился. Волшебство первого снегопада заворожило Альку.
- Девчонки, ура!! Зима пришла! - вырвалось у нее.
Лена нехотя открыла один глаз:
- Аль, ты что раскричалась? Ещё полчаса можно спать!
А Альбина метнулась к окну.
- Красотища какая! Девчонки, пора зимние вещи доставать! Где твоя шуба, Аль?
Беличья шубка в ледяных звездочках-снежинках. Снежок скрипит под каблучками. Щеки горят. По Московскому проспекту дефилирует, как по подиуму, наша Алька. Она вышла "на охоту" за подарками для родных. Зачёты Алия сдала, как всегда, автоматом. Дома ждут не дождутся свою студенточку.. Билет на самолёт уже лежит в сумочке. Как он ей достался этот билет, кто бы только знал! Студентам полагалась скидка в половину стоимости, но продавали билеты бедным студентам за 14 дней до вылета, тогда как всем - за месяц. Алька запуталась в подсчётах и явилась за пятнадцать дней в агентство Аэрофлота. Отстояла огромную очередь. И вот, когда она протянула в окошко документы и деньги, кассирша вернула ей и паспорт, и студенческий билет, и деньги со словами:
- Девушка на тридцатое декабря студентам билеты будут продаваться завтра.
Слезы брызнули из глаз Альки.
- Как завтра? Я стояла полдня в очереди напрасно? Пожалуйста, дайте мне билетик! Я вас очень прошу! Пожалуйста-а!
Она расплакалась в голос. Нервы сдали. Кассирша куда-то позвонила, потом обратилась к несчастной Альке:
- Ну ладно, так и быть! Давайте ваши документы! Пойду на нарушение правил.
Из очереди девушка выбралась в растерзанном виде, но с билетом, как со знаменем в руках, вся красная, взмокшая, еще не веря своему счастью. Билет достать в те времена было очень не просто.
И вот осталось только два дня и она будет дома. Нужно купить апельсины, Московскую копчёную колбасу в фирменном магазине, ленинградских конфет, восточных сладостей. Без этого никак нельзя!
- Алечка! Доченька! Как мы по тебе соскучились! У тебя есть багаж? - обнимал Альку в аэропорту Васим.
- Вон, везут уже. Здравствуй, папочка! А мама где?
- Мама, Рашид и Гюзель ждут тебя дома.
- А на чем мы поедем? Куда ты меня ведёшь?
- Сейчас увидишь.
Васим подошёл к новенькой машине, открыл ключом багажник и загрузил туда чемодан дочери.
- Папулечка, это что? Это наша машина?
- Наша! Нравится? Последняя модель Жигулей. Универсал. Видишь, какая вместительная? Как раз для нашей большой семьи.
- Да, и цвет красивый! Необычный, даже слов не подберу.
- "Белая ночь" называется этот цвет.
- Эх! Как же я не догадалась? Белые ночи у нас в Ленинграде в летнюю сессию. Можно круглые сутки учить билеты.
- К сессии-то готова? Зачёты все сдала?
- Все в порядке, папа!
Алия уселась рядом с отцом. Васим бережно пристегнул дочь ремнем безопасности, поцеловав при этом ее в румяную щёчку:
- Какая красавица у меня выросла! Как там твой кубинский друг? Все так же влюблен?
- Ты знаешь, а я его уже месяц не видела, папа. Говорят, что у него что-то случилось дома. Он улетел на Кубу, даже не простившись.Да, про деток своих он так и не рассказал. Я даже не понимаю, почему.
- А ты переживаешь за него, доченька?
- Конечно, если у него что-то серьезное дома случилось. Как вы-то в новом доме? Привыкли? Как работа, папа?
- Все у нас отлично. Я, Алия, диссертацию пишу о том, как устанавливалась советская власть на моей родине.
- Ух ты! Дашь почитать?
- Разумеется, если тебе интересно. Мне возможно придется слетать на каникулах в Душанбе. Там Есмин, говорят, тяжело болеет. В архивах заодно покопаюсь.
- А что с Есмин?
- Точно не знаю, выясняю пока, - нахмурился Васим. За разговорами они подъехали к дому.
Иней украсил деревянную резьбу, превратив дом Гюльматовых в сказочную резиденцию деда Мороза. Деревья в саду тоже стояли нарядные, как невесты в подвенечных уборах. Морозец щипал щеки у выскочившей из Жигулей Альки. Навстречу уже спешила Зина, раскрыв объятья для своей любимицы.
Как всегда празднование началось с дня рождения Зины, плавно перейдя во встречу Нового года. В гостиной переливалась огоньками сосенка. Рашид с Гюзелью нарядили ее накануне, не дождавшись Альку. В доме пахло Новым годом - сосновой хвоей, мандаринами и пирогами. На шее у Альки сразу повисли брат с сестренкой. Она достала из сумки гостинцы. Восточные сладости до Нового года не дожили. Это было бы выше детских сил. Сколько радости было у детей Васима, ведь они первый раз в жизни видели русскую зиму. Отец купил им и лыжи, и санки. Обучать ходьбе на лыжах вызвалась Зина, как более опытная лыжница. У Рашида успехи были налицо, а вот Гюзели больше нравились санки. У школьников уже начались каникулы. С улицы уходить не хотелось ни Рашиду, ни его сестричке. Полугодие они закончили с хорошими отметками, теперь можно было и отдохнуть. На праздник приезжали из Покровки родители Зины. Им понравилось бывать в гостях у дочери, тем более, что теперь зять привозил и отвозил их на новенькой машине. Места в доме хватало всем. Аля обосновалась у Гюзели в комнате, слушая перед тем, как заснуть, секретики младшей сестры. Вместе с бабушкой и дедушкой она съездила в Покровку. Погостила денёк и улетела сдавать сессию.
Первый семестр Алия завершила, как всегда, успешно. Повышенная стипендия была в кармане. Кроме того она помогла сдать сессию своей землячке, поэтессе Светлане. Ее подружки тянули все вместе, распределили, кто какой экзамен с ней готовит. Аля помогала Свете с историей. Кое-как на троечки Светлана преодолела ещё одну сессию.
Вот и студенческие каникулы. Васим встретил дочку, а сам на другой день улетел в Душанбе. Как соскучился он по родному городу! Амина встретила его слезами радости. Они с Азатом и детьми так и жили в родительском доме. Почти ничего не изменилось в нем. Васим привез сестрам, зятьям и племянникам кучу подарков. Амина, примеряя перед зеркалом, импортную кофточку, благодарила брата и за подарки, и за благоустройство родного дома.
- Каждый день благодарю всевышнего за такого брата, мой дорогой Васим!
Амина была счастлива, подкладывая ему все новые угощения, без умолку щебетала, рассказывала последние новости. К Есмин она ходила накануне, но дома не застала. Соседка сказала, что Есмин в больнице и назвала адрес.
- Давай завтра сходим вместе, дорогой брат. Я соберу передачу, домашней еды, сладостей. Видишь, как получилось? Жалко Есмин. Если бы не сестры, жили бы вы и сейчас на родине. У моих племянников была бы родная мать.
- Мои дети, Амина, в полном порядке. Учатся хорошо, живут в любви и заботе. Ты же знаешь Зиночку, она детей любит и никогда не обидит. Мы с ней работаем, устроились замечательно. Она директор школы, я преподаю в институте, диссертацию пишу. Кстати, мне нужно в наших архивах поработать. Но сначала мы с тобой навестим Есмин.
Амина напекла самсы, пахлавы, сварила компот из урюка, Васим купил фрукты. На такси они доехали до больницы, где в гинекологическом отделении лежала Есмин. Амина попросила санитарочку позвать Есмин в холл. Брат с сестрой уселись на диванчик, дожидаясь больную.
- Здравствуй, Васим! Не ожидала, что ты придёшь меня навестить, - раздался голос бывшей жены. Васим вздрогнул. Он не узнал Есмин в округлившейся женщине.
- Здравствуй, Есмин! Что это с тобой? - спросил он. А Амина от удивления даже онемела.
Продолжение:
Начало: