Роан очнулся от горького привкуса на губах, застонал, разлепил глаза. Солнечный свет резанул по зрачкам, как бритва и голова будто взорвалась. Из слепящего марева оформился силуэт девушки, голубая полоса неба за ней и зелёные ветви. Прохладный ветерок, первый признак подступающей осени, коснулся лица.
Тишь отняла от губ деревянную миску, довольно улыбнулась и отступила. Перед Роаном открылся вид на поляну с узкой тропой, прикрытой разлапистыми кустами. Курьер сидит на телеге, заваленной набок и что-то перебирает внутри. На земле рядом раскиданы вещи, земля истоптана.
— Мы живы? — Выдохнул парень, потянулся встать... плечо пробило болью, как раскалённым шипастым прутом. — Твою ж... ах...
Тишь хлопнула ладонью по лбу, придавила к земле качая головой. Что-то показала другой рукой, но Роан ничего не понял. Скосил взгляд на плечо и зашипел через стиснутые зубы. Он лежит полуголый, вместо одежды хаотично намотанная на плечо ткань. Меж складок торчат травинки и листья, сочится густая мазь. Кожу под ней покалывает и холодит, как кусочком льда.
— Всё плохо? — Убито спросил Роан.
Девочка неопределённо покачала головой, парень вздохнул.
— Ну, я хоть смогу ей двигать?
Кивок, но неуверенный. Со стороны тропы ветер донёс глухое ржанье. Роан с трудом сел, двинул рукой и пошевелил пальцами. Скривился, чувствуется каждая мышца и жилка, будто скрипят при движении. Курьер спрыгнул с телеги, держа на плече свёрток, двинулся к спутникам. Нечто в его движениях изменилось, будто они стали плавнее. Взгляд отстранённый и подёрнут дымкой задумчивости.
В свёртке оказался вяленый окорок, покрытый толстым слоем специй. Очень вкусный, но Роану пришлось есть с помощью Тишь. Девочка срезает тонкие лоскуты мяса, сворачивает и отправляет в рот. Голод перебарывает стыд, и парень жуёт, умоляя небеса, чтобы подруге не пришло в голову двигать его челюстью.
— Как мы выжили? — Наконец, спросил Роан оглядываясь.
Над кромкой леса зависла блёклая Младшая Сестра, Старшая кокетливо выглядывает с противоположной стороны. Мир ощущается сонным и невинным, как детская мечта. Будто и не было разбойников и арбалетного болта в плечо.
— Чудом. — Ответил курьер, бросил взгляд на Тишь.
— Что ж, всяко лучше, чем помереть. — Философски заметил Роан.
— Возможно...
— А что с этой телегой?
— Не успели до города доехать, и были менее удачливы, чем мы. — Ответил Эллион, указал на тропу. — Мы уже близко.
***
В теле чувствуется нечто новое, будто свет растекается по жилам. Эллион прислушивается к телу и пытается осознать, что случилось ночью, благословил ли его Илмир или это магия Сестёр. Близится полдень, у городских ворот выставлена двойная стража. То и дело по дороге проносятся отряды воинов в полном снаряжении, вооружённые копьями и тяжёлыми арбалетами. Вместе с каждым двигается один волшебник, в походном облачении.
На группу смотрят с подозрением, но заметив красный рукав курьера, быстро теряют интерес. Стража пропустила без лишних расспросов. Город встретил гулом голосов и толчеёй на улице, мимо проехал вагончик пекаря, источающий ароматы свежей выпечки. К Роану сразу прицепилась облезлая псина, не то ластящаяся, не то пытающаяся цапнуть за сапог. Эллион чуть сгорбился и идёт вдоль стены, бросая взгляды на крыши, ожидая увидеть людей Ринзана.
Контролирует положение «груза», опасаясь, что в толпе есть убийца. К счастью, людей после танца не так много и легко выловит подозрительное движение. Они идут вдоль закрытых лавок, пересекая стыки улиц. Тишь притихла, горбится и прячет лицо под капюшоном.
Навстречу им вышло двое курьеров, перегородили дорогу. Плечистые, с острыми лицами и холодными глазами. Красные рукава, ботинки со стальными носами. На руках тускло блестят кастеты, закрывающие костяшки.
Оба с почтением поклонились, сохраняя приличную дистанцию.
— Приветствуем, благочестивый Эллион. Мы полны скорби, потому что должны сделать.
Эллион положил правую ладонь на левую сторону груди, мрачно кивнул. Прохожие оглядываются на них, торопливо расходятся в стороны, забиваются в переулки.
— Это так необходимо, братья?
— Приказ настоятеля.
— Хм... давайте сделаем так. Вы отведёте нас в храм, а там уже разберёмся, без лишних глаз. Мы ведь не хотим, чтобы о слугах Илмира пошли плохие слухи?
Курьеры переглянулись, замедленно кивнули и расступились.
— Хорошо, прошу, следуйте за нами.
Роан ухватил Эллиона за рукав, дёрнул и зашипел:
— Ты чего творишь?!
— Не знаю... — Ответил курьер, даже с виду сбитый с толку, прикоснулся к губам, будто проверяя, его ли они. — Слова сами...
— Сами?! Да нас же там убьют!
— Нет, просто... просто знаю, что нам ничего не грозит.
— Да ладно?!
— Доверься. В любом случае один ты не выживешь, раз апостол Аргантоса охотится за тобой.
Роан отпустил рукав, скривился, но послушно следует за курьерами. С каждым шагом сильнее горбясь и прижимая здоровую руку к животу.