Стринги на ветру

Жить у моря - чистый кайф. Ты в курсе, что оно рядом, ехать в отпуск не нужно, и ты не едешь. Совсем. Работаешь просто на работе.

Да, летом.

Купаешься, да, часто, когда не лень. Раза два за лето, и только после повторного закипания воды.

Утром не едешь, потому что хочется спать, лето же. Днем не едешь - сильно жарко, лето же. Вечером - нет сил, день длинный - лето же.

Комары вынуждены утраивать свое поголовье, чтоб регулировать количество людей в городе.

Ни один местный не имеет столько здоровья, сколько его привозят с северов. Ежедневно, с маниакальной регулярностью, гости таинственными надписями выкладываются на песке, падают в море с сумасшедших горок, плавают до модных сизых губ. Трижды в день бывают целованы медузами.(Привет, Рома, ожоги зажили?) А главное - бродят по пляжу в развевающихся стрингах до формирования хрустящей равномерной куриной корочки, сводя с ума бездомных собак. Отдельные отдыхающие по тону кожи соответствуют африкано-арабской диаспоре.

Местные визуально определяются неожиданно интимно светлыми ногами и великолепной линией загара по футболку.

Купаются местные в секретных местах, о которых, слава Богу, не говорят никому, кроме тысяч родственников и друзей приехавших летом к морю.

Количество отдыхающих не падает даже зимой.

Белых чингачгуков, ныряющих в январе с заледенелой набережной приходят с интересом рассматривать целыми семьями. Сядут в ближайшем кафе, возьмут роллы, запьют теплым молоком и смотрят в окно на смелых. Иногда наблюдение негативно влияет на психику и местные начинают макаться в море, как после длительного воздержания. А ведь оно тут, море рядом. Летом накупаетесь, жадины!

В этом году весь июнь был дождлив и холоден, словно мстил южанам как обиженый кот. Лохматые носки и плед вырвались в тренды купальных костюмов сезона. На море добровольно не хотелось.

Неожиданно солнце вышло на работу и поджарило все до среднемесячной температуры. Люди стыдливо стали снимать лосины на меху. Фуфайки в пакет, пакет в сумочку, сумочку в карман.

Автобусы на пляж стремительно наполнились теми, кто жаждал моря, безответно обнимая по ночам купальные принадлежности. Ура!

Трепеща от предвкушения мы с друзьями загрузились в городской транспорт. Дорога долгая. Всю дорогу мы как селедки однобоко загорали под настырными лучами. Жарились и потели.

За пять минут до мечты небо потемнело. Деревья начали клониться как колоски.

На выходе из автобуса были сметены толпой людей, которые успели уже насладиться морем и солнцем и хотели в тепло.

На полупустом пляже северный ветер неожидаемо стал ласково выдергивать из рук сумку. Шаловливые песчинки хлестали по ногам. Вспомнила с грустью о гамашах. Но мы же не трусы?

Каждый уверенно достал непослушными руками свое полотенце и завернулся в смелый кулек.

Вырывающееся покрывало придавили камешками, сели на него. Снизу тоже холодно. Согреть ноги влажным и студеным июньским песком не получалось. Решили, что нужно отправить добровольца потрогать воду.

-Мы же купаться ехали, вы помните, ребята? - спросила я, стуча зубами почти в ритм завывания ветра.

Бесплатно трогать воду никто не хотел. Тогда я смело встала, скинула полотенце... Хотя нет, врать не хорошо.

Крепче завернулась в полотенце, захватив зубами мертвой хваткой его верхние уголки. И колбаской пошла к воде. Солнце из любопытства выглянуло из сизых туч посмотреть на эту песню буревестника. (Боже, какая я ... женщина в возрасте! Поймут, увы, не все)

Постояла у кромки мокрого песка, немного нагрела отпечатками ступней кусочек пляжа, вздохнула свежий воздух смелости и шагнула в воду.

Организм автоматически растопырил шерсть и отпрыгнул на сухое.

К покрывалу пришлось возвращаться прыжками, чтоб совпадать по ритму с зубами.

Мои друзья сидели на коврике пингвинчиками, прижавшись друг к другу, чувствуя свое единение перед лицом беспощадной природной стихии.

В воду упрямо никто не хотел.

Мы вчетвером сидели и старательно делали вид, что приехали специально принять воздушные ванны, подышать морем и посмотреть на седые барашки волн. Посидим да поедем домой.

Мимо нас, напевая незатейливую песенку, проскакало в розовом круге маленькое с косичками.

Плюхнулось на наших глазах в море и смеясь поплыло, разбрызгивая море счастья.

Холодея от своей смелости и гусиной кожи, мы смотрели друг другу в глаза и понимали, что у нас уже нет дороги назад.

Море, мы идем к тебе!

Безумству храбрых поем мы песню..[с]

(Дальнейший текст был вырезан цензурою)