«Ну вот, – скажете вы, – опять эта скучнейшая классика!» Что ж, слишком многим классическая литература действительно кажется скучной. Тому виной и нежелание напрягаться при чтении, и предубеждение к классике со школьной скамьи. Да, школьные предметы об искусстве заслуживают критики. И мы ей обязательно уделим время. Как говорил Маугли: «У меня под языком набралось много колючек, найдётся что воткнуть им в шкуру!» А пока попробуем взглянуть под непривычным углом на изрядно поднадоевший тысячам нынешних и бывших десятиклассников (особенно тем, кто его не читал) роман И.С.Тургенева «Отцы и дети».
Сразу поясню. Уже много лет я считаю этот роман сатирическим. Что такое сатира? Изображение пороков через их осмеяние с надеждой на последующее искоренение. И к «Отцам и детям» это определение подходит на все сто.
А началось всё с понравившейся цитаты. В очередной раз по долгу службы перечитывая роман Тургенева, я обратил внимание на эпизод посещения Базаровым и Аркадием бала у губернатора. Где-то всё это уже было… Ах, да! Сатирические портреты коррупционеров губернского масштаба словно из-под пера автора «Мертвых душ» вышли. Понимаю Гончарова, первым обратившего внимания на умение Тургенева брать в безвозмездное личное пользование чужие приемы, образы и сюжеты. Ну, Гоголь уже не обидится, ясное дело. Можно брать смело…
Итак, цитата: ««Слуга вошел и доложил о приезде председателя казенной палаты, сладкоглазого старика с сморщенными губами, который чрезвычайно любил природу, особенно в летний день, когда, по его словам, «каждая пчелочка с каждого цветочка берет взяточку...»
Как вам? По-моему, тонко, едко, остроумно. Колоритный старик-взяточник пронзен пером сатиры – только лапками подрыгал чуток и затих. Достоевский от остроумия Тургенева тоже, говорят, страдал. Его, конечно, жалко: не заслужил. А «председателя» поделом припечатал. Так ему и надо!
В общем, вгляделся я чуть пристальнее в текст бессмертного романа и чем далее, тем больше видел примеры сатирического изображения действительности в романе. С первых строк буквально. И как раньше не замечал?
Вот, например, портрет слуги Николая Петровича, в котором «и бирюзовая сережка в ухе, и напомаженные разноцветные волосы, и учтивые телодвижения, словом, все изобличало человека новейшего, усовершенствованного поколения». Или бабушка Аркадия, что «принадлежала к числу «матушек-командирш», носила пышные чепцы и шумные шелковые платья, в церкви подходила первая ко кресту, говорила громко и много, допускала детей утром к ручке, на ночь их благословляла, — словом, жила в свое удовольствие». Язва, а не человек, такое написавший! Какие тут стрелы сатиры! Пулемет! Так и чешет. «Он бы прямо на митингах мог деньги зарабатывать…» – как говорил незабвенный Шарик. Сатира ведь! В каждой детали!
Никого из героев романа Тургенев не отпускает без издевки. Каждому достается. И господину «Асмодею», и кандидату в нигилисты, и робеющему Николаю Петровичу, и его брату, подозрительно увлекающемуся то собственными ногтями, то борьбой с нигилизмом, то невесткой. Да, Павел Петрович – главный движитель конфликта. Ему неприятен Базаров. Тем, что молод и силен. Тем, что ведет себя слишком развязно. Тем, что имеет собственное мнение. Словом, всем. И ищет старый аристократ ссоры – приключений на свою седую красивую голову. И получает, конечно. Откройте любую презентацию о романе в интернете и увидите, как Тургенев изображает дуэль Базарова и Павла Петровича. Сатирически!
В галерее сатирических образов романа особое место, конечно, занимают недонигилисты: Ситников (реинкарнация грибоедовского Репетилова) и Кукшина (вот уж над кем автор поглумился!). Писатель обращает внимание читателя на ее «круглые глаза, между которыми сиротливо краснел крошечный вздернутый носик». Что особенного увидел Тургенев «в маленькой и невзрачной фигурке эманципированной женщины»? Неестественность? Дурные привычки? Боязнь одиночества? Как бы то ни было, размазал. Даже жалко Кукшину стало. Нет счастья в личной жизни – еще и довелось под обстрел попасть. Сатирики могут. Сегодня Кукшину за вульгарность и недоразвитость высмеют, завтра Одинцову, потом Катю… Тургеневские женщины! Не читал «Отцов и детей» певший про вас лидер рок-группы «Центр» Василий Шумов. Или не так читал. Пропускал. Например, такое: «Нос у ней был немного толст, как почти у всех русских, и цвет кожи не был совершенно чист; со всем тем Аркадий решил, что он еще никогда не встречал такой прелестной женщины». Как вам красотка? Не Полина Виардо, конечно, куда нам, с грыжей!
Сатира – это особое отношение автора к изображаемому. Отрицательное отношение. Как Тургенев относится своим персонажам в романе? Точно не положительно. Ирония сопровождает практически каждый эпизод. Шаржи чередуются с карикатурами.
Кстати, это не единственный роман о нигилистах. Вспомним «Бесов» Достоевского или «На ножах» Лескова. Волновала тема господ литераторов. Но вот на жанр сатирического романа эти замечательные произведения вряд ли претендуют. Хотя… Как вам, например, такой пассаж из «Бесов»: «А между тем это был ведь человек умнейший и даровитейший, человек, так сказать, даже науки, хотя, впрочем, в науке... ну, одним словом, в науке он сделал не так много и, кажется, совсем ничего. Но ведь с людьми науки у нас на Руси это сплошь да рядом случается». Приступ чувства юмора? От воздействия вируса нигилизма?
И напоследок несколько слов о сатирических романах. Конечно, «Отцы и дети» к их гротесково-пародийной разновидности вроде «Гаргантюа и Пантагрюэля» не относится. Но «Дон Кихот» Сервантеса – общепризнанный сатирический роман. Как и «Господа Головлевы» М.Е.Салтыкова-Щедрина. И вот тут методологические сходства очевидны. Или только мне? Надумываю?
Мне кажется, слишком серьезное отношение к классике ведет к зашориванию. Стереотипный подход убивает удовольствие от чтения. Неужели надо читать через силу, без любви к процессу? Неужели так можно читать?