Читаю переписку одного занятного персонажа времен Петра I, Алексея Курбатова, того самого, который подкинул царю идею с гербовой бумагой и выбился из крепостных в вице-губернаторы Архангельской губернии. В этой переписке Курбатов решает с Головиным, как выполнить царский указ и переделать циферблаты курантов на Спасской башне, чтобы на них как в Европах по 12 часов было. И вдруг в письме, написанном в марте 1704 года, обнаруживается один персонаж из хорошего советского кино "Россия молодая":
«…Иевлев, государь, которому твоя милость поволил ехать комиссаром, в Оружейную палату явился и указ ему о том сказан, только еще не поехал: сказывает, что дела не отданы, справяся, отпустим...»
Через полтора месяца дела «отдали», после чего все тот же Курбатов сообщил Головину:
«…Комиссара, государь, Сильвестра Иевлева, отпущу с сего мая 13 числа, которому отпуску медление чинилось за небытностью его на Москве: был у себя в деревне. И дано ему денег в жалование пятьдесят рублев, а оружейные, государь мастеры, туляне, 11 человек, посланы по поезде Кафтырева вскоре, еще в марта последних числах…»
В общем, получается, что Иевлев в этот момент занимался чем-то вроде военной приемки. Его конфликт с архангельским воеводой Прозоровским разрешился и Сильвестр Петрович занимался другими делами. Между делом даже свои деревеньки успел проведать.
По книге Германа и замечательному фильму «Россия молодая» Сильвестр Иевлев стал контр-адмиралом, одним из основателей Санкт-Петербурга. В реальности же он, скорее всего, до таких чинов не дослужился. Да и во время боя у Новодвинской крепости имел чин не капитан-командора (в российской армии тогда и звания то такого не имелось), а просто капитана. Впрочем, постоянно находился при деле и не в последних чинах – царским комиссаром его, как мы видим, назначали.
Один из главных героев «России молодой» - таможенник Афанасий Крыков на самом деле был не Афанасием, а Николаем. Но на шведские корабли он и таможенники на самом деле взобрались, чтобы провести досмотр и приняли там неравный бой. Правда, реальный Крыков не погиб, а был захвачен в плен вместе с солдатами. Часть солдат шведы потом высадили на безлюдном берегу, дав им немного мяса. Они добрались до Архангельска, питаясь чем Бог послал, в основном грибами. Крыкова же, как офицера, увезли в Швецию и обменяли только в 1710 году. Так что капитан Крыков несомненно герой, но вот только в реальной истории он остался жив. Ну и хорошо.
И наконец, Иван Савватеич Рябов. В реальности его звали Иван Ермолаевич Седунов по прозвищу Рябов. По всей видимости, был умелым охотником на рябчиков и вообще на самом деле был промышленником, а не кормщиком. Промышленником не в смысле заводами-фабриками заведовал, а птицу и зверя промышлял. Есть стойкое мнение, что Иван Рябов на самом деле не просто так попался шведам, а был засланным «казачком», отправившимся на свой подвиг то ли с подачи владыки Афанасия, то ли с подачи Иевлева. Переводчик-толмач Дмитрий Борисов изначально был не с ним, его захватили вместе с отрядом Крыкова. Ну а потом Борисов и Рябов оказались вместе и завели шведов на мель, аккурат под спрятанные на берегу русские пушки. За это шведы их расстреляли, правда, Рябова только ранили и ему удалось в шумихе боя убраться.
В дальнейшем он попал в руки Прозоровскому, получил приличную порцию батогов и на самом деле оказался в застенке.
Вытащил его оттуда Петр I, когда в 1702 году приезжал в Архангельск. В сборнике документов «Петр Великий на Севере», вышедшем в 1909 году, рассказывается, что:
«… Петр I не забыл также и Ивана Рябова, томившегося в тюрьме. Выслушав Рябова, Петр I наградил его деньгами, одарил собственным платьем и освободил его до самой смерти от всех податей и тягла ... прибавив к окружающим боярам: «он поступил, как Гораций Коклес…»
В общем-то, примерно так нам в кино «Россия молодая» и показали.
А вот что случилось дальше с Иваном Рябовым, в отличие от Иевлева и Крыкова, увы, неизвестно. Судьба простого человека, к сожалению, теряется за таким количеством лет.
Кстати, тогда же, в 1702 году, наведя порядок в отношении Ивана Рябова, Петр I наградил участников боя со шведской эскадрой. Офицерам выдали по 10 рублей каждому, рядовым – по рублю. А самую интересную награду получил архиепископ Афанасий. Ему царь пожаловал три захваченные у шведов пушки. Видимо, чтобы он их сдал в казну по весу меди, в армии поступали именно так – сдавали орудия и получали их цену деньгами. Но владыка Афанасий распорядился поставить пушки около своих хором, а потом, когда его не стало, шведские пушки перекочевали в Архангельский Кафедральный собор. Теперь же, по крайней мере, один фальконет, хранится в Архангельском краеведческом музее.
----------
Не ленитесь, ставьте лайки :) Они поднимают настроение и вместе с вашей подпиской помогают развитию канала.