Нацисты считали свой приход к власти в 1933 г. «революцией», призванной очистить и обновить все сферы общественной жизни в Германии. Не стало исключением и право.
Юристы кайзеровской империи и Веймарской республики работали по либеральному принципу «Нет наказания без закона» – то есть никто не мог быть наказан за деяние, которое на момент совершения не было прямо запрещено конкретным писанным законом. Это положение нацисты критиковали как «Великую хартию вольностей для преступников», которая позволяла правонарушителям выискивать лазейки в законах и избегать наказания.
Нацистский режим отбросил либеральный принцип «Нет наказания без закона» и возвёл на его место принцип «Нет преступления без наказания». Обновлённый 2-й параграф Уголовного кодекса отныне гласил: «Тот, кто совершил деяние, которое является наказуемым по закону или заслуживает наказания согласно основополагающим понятиям уголовного права и здравому национальному сознанию, будет наказан. Если к действию не применим ни один уголовный закон, оно наказывается согласно тому закону, основные положения которого более всего соответствуют данному случаю».
Отныне в Германии стали судить по аналогии, исходя из интересов «национального сообщества» и в соответствии со «здравым национальным сознанием» – то есть любое действие, которое судья счёл бы «общественно опасным», подлежало наказанию, даже если соответствующего закона, запрещавшего это действие, не существовало.
Кроме того, нацисты ввели обратную силу закона. Этот принцип вошёл в историю как «Закон ван дер Люббе» («Lex van der Lubbe»). На момент поджога Рейхстага, который Маринус ван дер Люббе совершил 27 февраля 1933 г., максимальным наказанием за это являлось пожизненное заключение. 29 марта был принят закон, который карал поджоги смертной казнью, включая и те, что были совершены после 30 января. В соответствии с этим законом ван дер Люббе был приговорён к смерти и обезглавлен на гильотине.
Наконец, помимо объективных признаков состава преступления судьи были обязаны учитывать волю и личность правонарушителя. Иными словами, нацисты наказывали не только за деяние, но и за намерение. Судьям также было предписано оценивать не только действие преступника, но и его самого как человека, исходя из правовой теории, будто «жизнеповеденческая вина» неотделима от личности правонарушителя.
Для того, чтобы закрепить новую нацистскую правовую теорию в головах молодых немецких юристов, были организованы специальные «общественные» полувоенные лагеря. Каждый выпускник, желавший стать дипломированным юристом, был обязан пройти двухмесячный курс военно-спортивной и идеологической подготовки в таком лагере в преддверии выпускных экзаменов.
Самым знаменитым местом такого рода стал лагерь «Ганс Керрл» рядом с бранденбургским городом Ютербог, названный так в честь прусского министра юстиции и впоследствии имперского министра по делам церкви. На знаменитой фотографии с Ютербога Ганс Керрл стоит у виселицы с подвешенным параграфом – символом уничтожения старой либеральной правовой теории в пользу новой «национальной».
Аналогичные лагеря были и в других немецких землях, но в интересах централизации с 1936 г. лагерь в Ютербоге остался единственным, куда направляли выпускников-юристов со всего Рейха. Он существовал до сентября 1939 г., когда казарменный городок был передан Вермахту.
Всего через лагерь «Ганс Керрл» прошли до 20 тыс. человек. Среди них были и персонажи этого канала – Конрад Морген и Себастьян Хафнер. Кроме того, выпускниками лагеря являлись будущий канцлер ФРГ Курт Георг Кизингер и будущий президент Карл Карстенс.
Подписывайтесь на Стальной шлем