Бежишь себе по Лужнецкой набережной - мелькают корпуса спортивной гордости страны. Корабли проходят по Москве реке - морщат носы. Прохор Шаляпин гонит на велосипеде, подставляя свой пластиковый оскал встречному ветру. А там на лавочке она - спонтанная загорающая женщина Шура. Шла, шла и такая - а ле оп! Маски сброшены. И радуются труханы истонченными трикотажными нитями редкому солнцу. Уж и не надеялись, что посмотрят на мир прежде, чем начнут работать тряпкой со стола. Лифчик цвета выгоревшей сирени ужасает распустившиеся кусты вокруг. Женщина Шура поджала коленки к лавке и читает что-то между ног. А живот никак не хочет сидеть за резинкой на месте - лезет подсматривать. Прохожие жмутся к перилам от Шуры - им стыдно, что они прячут белье под своими условностями. Женщина Шура в солнечной ванне осталась позади. А впереди встречают звезды. Их поймали в черную, крупную сеть и опустили в кожаный чулок. Ботфорты, колготы со звездами, мини и красная косуха. Софья Семеновна Мармеладова из поп