Аркадий постарался успокоиться. Сегодня решится его судьба. Они с женой подали заявление на рождение ребёнка где-то год назад. И с тех пор прошли все круги ада. Их родословную рассмотрели под микроскопом. Назначили сдавать все существующие в природе анализы. Особенно зверствовал врач генетик, которому не понравилось, что дальний родственник Людмилы болел эпилепсией. После дополнительных тестов он нехотя поставил печать "Разрешаю".
Помимо этого пришлось заполнить кучу документов и ответить на миллионы вопросов. Закончить интернет школу отцов "Е - Бать". Осталось получить последнее разрешение, и можно приступить к процессу. Впрочем, ему ещё повезло. Другие вон по нескольку лет по врачам ходят из-за прадедушки, который в приступе белой горячке гонялся с топором за бабушкой, всё пытаются выпросить разрешение или "договориться". Зря пытаются. В здравоохранке служили люди, преданные своему делу, и нечего было и мечтать сунуться к ним со взяткой. Впрочем, с алкоголиками в роду могли и сжалиться. А вот с генетическими болезнями - тут без вариантов. Отказ сразу.
Аркадий сделал глубокий вздох, робко постучал, и, получив разрешение, зашёл в кабинет, поражающий своей аскетичностью. Ничего лишнего, минимум обстановки и украшений. На стене - портрет мужчины в докторском халате военного образца и лозунг "От осинки не родятся апельсинки". Всё!
Врач - мужчина средних лет принял его в штатском - так сказать, без чинов. Накрахмаленный докторский халат с орденом Красного Креста третьей степени скромно висел в углу на плечиках. Белел как напоминание.
-Ну что, батенька, я могу вам сказать, - ласковый тон мужчины никого не мог обмануть. Выдавали глаза. Холодные и лишённые эмоций. Такой спокойно может как ножичком пырнуть, так и предложить чаю, не меняясь в лице.
-В принципе, у вас с женой ничего криминального не нахожу. Всё в пределах нормы. Правда, у вашей супруги был в роду неприятный случай, но генетик меня уверил, что на потомстве он скорее всего не отразится. Будем надеяться.
Аркадий почувствовал, как на глаза навернулись слёзы радости. У них с женой будет ребёнок! Какое счастье.
-Спасибо вам доктор, - разрыдался он. -Можно идти приступать к процессу?
-Не спешите, батенька.
Аркадий замер. Неужели узнали про двоюродного прадедушку, который с кистенём ожидал под мостом неосторожных прохожих? Социально опасные элементы в роду могли стать основанием для отказа, ведь агрессия передаётся по наследству. Это сейчас все вежливые друг с другом, боятся перейти дорогу в неположенном месте. А вот раньше жили совсем по-другому.
-Жильё у вас маловато для ребёнка.
-У нас двухкомнатная квартира, - выдохнул Аркадий.
-Одна комната проходная, - тон, каким это было сказано подразумевал, что дальше уже можно не беседовать. Главврач твёрдо решил отказать, и теперь просто соблюдает приличия.
-Мы его в отдельной поселим!
-Ну и что? Ваша жизнь, считай, на глазах ребёнка будет проходить. Понятно, раньше три поколения в избе жили, но с этим давно покончено. Да и зарплата, батенька, у вас маловата, а у супруги так и вовсе слёзы. Но всё-таки я дам вам шанс.
Аркадий подавил желание рухнуть на колени и поцеловать благодетелю руку.
-Если за три месяца поменяете жильё и найдёте более высокооплачиваемую работу, а дам вам разрешение.
-Я наберу подработок, - истово пообещал Кондратий.
-Никаких подработок! Вы должны уделять малышу точно такое же внимание как и мать. Работу нормальную ищите.
Доктор потянулся к компьютеру, давая понять, что разговор закончен.
Придя домой, Аркадий выпил стакан водки и с жалостью посмотрел на рыдающую жену. И сделать ничего нельзя! Вот раньше - времена, говорят, были, когда рожали сколько хочешь и государство не имело право лезть тебе в штаны. Нет, пособие будьте добры платите, это святое, а вот указывать мне сколько рожать - это ни ни. А сейчас наступили жуткие времена, когда за детей не просто не платят. Это бы ладно. На ребёнка ещё и разрешение надо получить.
Артём с женой уселись за компьютер в поисках подходящих вакансий. Им обязательно повезёт!
-Мне повезёт, - твёрдо сказал мужчина.
-Папа, вставай. Ольке памперс надо поменять, и ещё она плачет всё время. Ты разве не слышишь?
-Попроси маму, - Артём повернулся на другой бок и накрыл голову подушкой.
-Она к соседке ушла, денег чтобы одолжить. Ну папа!
-Проснулся, алкаш, - донеслось с порога. - И зачем я только замуж за тебя вышла! Всю молодость мне испоганил.
Из-за занавески, где жили дети, донёсся особо жалобный вопль.
-Достала, (некультурное слово). Пила!
-А что мне ещё остаётся! Работу не ищешь, квасишь всё время. Хоть бы детей постыдился!
Старшая дочь, которой исполнилось пять, поняла, что помощи ей не дождаться и принялась менять памперс сестрёнке сама.
-Последний остался. А больше нет?
Родители её не слушали. Они громко выясняли отношения. Затем послышался грохот, крики...Соседи привычно вызвали полицию.
-Не трогайте его! - визжала женщина, - Проспится и человеком станет! Не видите, не в себе он!
За занавеской на раскладушке, зажав уши руками, сидела девочка. Она знала, что вскоре родители помирятся. Отец пообещает взяться за ум. Мать в очередной раз поверит.
Правда, она пока была не в курсе, что мать на радостях родит третью сестрёнку, чтобы папа уж точно прекратил пить и взялся за ум.
-А мне сон такой снился, - после примирения Артём всегда любил поговорить. - На работе слышал, как ботан один рассказывал про книгу, где все живут в ужасном мире который придумала Оруэлла. И сегодня я про этот мир увидел сон! И такой реальный, будто там побывал.
-Оруэлла....- мечтательно произнесла жена, чьё лицо украшал синяк - Имя-то какое! Давай, если родится девочка, назовём её так. Оруэллла! Красиво же!
НОМЕР КАРТЫ ЕСЛИ БУДЕТ ЖЕЛАНИЕ СДЕЛАТЬ ДОНАТ 2202 2005 4423 2786 Надежда Ш.