Первое сентября удалось: безоблачное небо, ласковое солнышко и школьники с праздничными букетами в руках и гаммой противоречивых чувств на лицах.
Андрей вел в школу первоклашку, которая бодро и уверенно отмеряла шаги лакированными, крайне неудобными туфлями по щебню когда-нибудь, может быть, заасфальтированной дороге и неустанно сыпала вопросами:
- Мама сказала, в школе будут кормить, это так?
- Да будут, - кивнул Андрей.
- Папа, а ты же в этой школе учился?
- К сожалению, да.
- А почему к сожалению?
- В мое время эта была худшая школа в городе, - Андрей затушил сигарету и, стряхнув пепел на дорогу, убрал окурок в карман.
- А сейчас? Это теперь хорошая школа? – не унималась Марина.
- Говорят, да.
- Ты не уверен?
- Уверен, не переживай, у тебя точно хороший учитель.
- Это хорошо, я хочу учиться у хорошего учителя…
Несмотря на отличную погоду, линейка прошла, как показалось Андрею, несколько скомкано. Впрочем, прошло тридцать лет с его последней линейки на первое сентября, может и не скомкано, но торжественности чуть-чуть не хватило. На первый взгляд все как и раньше, торжественные речи, первоклашка с колокольчиком, гимн с поднятием флага, но…
По дороге домой Андрей размышлял на данную тему и пришел к выводу, что современное общество, не смотря на то, что большинство педагогов его ровесники и застали на собственном опыте образцы «торжественного патриотизма» совершенно утратили понимание, что есть – наивысший дух торжества, а именно железная дисциплина и единообразие!
Линейки в его детстве отличались стройными рядами школьников, где небольшие вольности допускались лишь в отношении первоходов… «Тьфу, ты, - мысленно сплюнул Андрей. – Первоклашек». Остальные в одинаковой парадной форме, с красными галстуками или значками ВЛКСМ и Октябрят, стояли не шелохнувшись, родители не напирали сзади, опекая своих чад, а со школьного крыльца, выступали уважаемые люди: передовики, ветераны Великой Отечественной, отличники из старших классов, поздравляли и награждали учеников-активистов, которые и летом не сидели дома сложа руки…
«Если с передовиками все ясно, - рассуждал он, - Нет заводов - нет передовиков, да и кому они сейчас нужны? Не приглашать же воров, извините, предпринимателей, выступать перед детьми, хватит и депутата от горсовета с лоснящейся харей, то ветеранов могли бы и пригласить. Не Великой Отечественной, не осталось их почти, а те что живы… Но есть Афганцы, есть участники СВО. Не пригласили, толи детскую психику решили не тревожить, а может еще не до конца определились с оценкой этих войн и как бы не накликать на себя гнев свыше»…
Спустя полтора часа, первоклассников выдали «из рук в руки» и Андрей передал дочь бабушке, которая устроила внучке настоящий праздник «Знаний», да и старшая сестра, приехавшая в город на каникулы, постаралась добавить торжества в этот солнечный денек.
А далее наступили будни. Третьего сентября объявили, что во всем городском левобережье надвое суток, с пятого по седьмое, отключают газ, осень – пора работ по подготовке к зиме, ничего удивительного, лето оно же для отпусков, а осенью можно и траншеи покопать и коммуникациями заняться, не жарко и спешить некуда.
- Это же два дня и горячей воды не будет, - вздохнула бабушка.
- Мелочи, - отмахнулся Андрей, наблюдая, как дочь нехотя собирается восвояси. – Скажи спасибо, что одновременно с этим не отключают свет и воду, вот тогда было бы весело.
- Это точно, - согласилась Бабушка.
Четвертого сентября по социальным сетям поползли нехорошие слухи, что пятого не будет воды и света. Андрей не то чтобы не поверил, но прихлебывая утренний кофей, заглянул на сайт городских новостей. Так и есть, и именно на левобережье и именно пятого, не будет света, газа и воды. Радовало лишь то, что воду и электричество отключат всего на один день.
- Доброе утро, - поприветствовала Светлана, пребывая, судя по выражению лица в удивительно хорошем расположении духа.
- И тебе, - ответил Андрей, не удержавшись, добавил, - Если только оно доброе.
- Что там опять?
- Завтра отключат не только газ, но и свет с водой.
- Да ладно?! Они что, совсем рехнулись?! – опешила Светлана.
- А чего мелочиться? – хмыкнул Андрей, - Мало ли, вдруг война, можно сказать учения по выживанию в городской черте без коммуникаций.
- А ведь это ты накаркал! – вспомнила слова Андрея Светлана. – Ты же у бабушки говорил про свет и воду.
- Донесла «козявка», - вздохнул Андрей. – Я не «каркал», я объективно смотрел на состояние городского хозяйства, еще не факт, что отключат только на день…
Андрей полил огурцы, которые уже не плодоносили, подумал и собрал остатки перца, как «Болгарского» так и жгучего острого, еще подумал и немного подергал из грядок сорняки… Домой категорически не хотелось. Четыре дня без газа и воды сделали домочадцев крайне раздражительными личностями.
- Нет, они совсем охренели! – неустанно возмущалась Светлана. – Четыре дня без газа и воды! У меня пациенты все воняют! Туалеты закрыты! А поликлиника битком!
- А чего людям дома делать? Воды нет, газа нет, самое время сходить в очереди у доктора посудачить…
- Весело тебе?! А кто тебя за язык тянул?! Кто сказал, что «может и не на один день отключат»?!
- Угу, я же водоканалом руковожу, - вяло отбивался Андрей.
- Да что же у тебя за язык такой?! – мало обращая внимания на оправдания супруга, гнула свою линию Светлана. – Что не ляпнешь, все сбывается!
- Ну, чего ты нервы себе портишь? – Андрей взял пустое ведро. – Мы же не сидим без воды, скважина есть, электрочайник, плитка, людям реально в «муравейниках» сейчас задница, смыть горшок ито нечем.
- Ты бы посидел у меня на приеме, - чуть сбавила обороты Светлана. – Люди едут за тридцать километров, а в поликлинике все туалеты на замке! Все злые, ругань, будто я воду отключила.
- И ты решила на мне отыграться? Брось, это временные трудности, будет еще хуже, не переживай. Марина! А у вас в школе, туалеты открыты?
- Ага, только там пахнет плохо, - кивнула дочь, усердно орудуя фломастером.
- А чем сегодня занимались? – Андрей старательно менял тему беседы.
- Да ни чем, - отмахнулась дочь.
- Как это? – не поняла Светлана.
- Считать учились неправильно.
- Не понял, - уже Андрей выглядел озадаченным.
- Да чего непонятно-то? – возмутилась первоклашка, не отрываясь от рисунка. – Считаем с права на лево или с середины, шарики всякие по заданиям раскрашиваем, например пятый шарик в синий цвет от красного налево или черным на три шарика от синего вправо.
- Ага, - кивнул Андрей, старательно вспоминая, чем он сам занимался в первом классе, по всему выходило глупостями: учил алфавит и рисовал палочки, крючочки и слушал увлекательные истории об Октябрятах будущих пионерах. – А еще?
- А еще нам рассказали, что первое слово в предложении надо писать с большой буквы…
- Так вам это в садике рассказывали, - удивилась Светлана.
- Ну да, - кивнула Марина. – Только здесь интереснее, мы слова вырезаем и в тетрадь наклеиваем, а еще сами предложения составляем и рисуем их.
- Пишете? – уточнил Андрей.
- Да нет же! Рисуем, квадратиками, первый квадратик как буква «Г», это значит с большой буквы, остальные квадратики ровные, это обычные слова, а пробелы мы просто подчеркиваем… Папа, а правда, что когда человек врет, у него уши краснеют и в трубочку сворачиваются?
- Э… - Андрей хотел сказать, не правда, но сдержался. – А с чего это ты спрашиваешь?
- Нам учительница так сказала, поэтому она всегда знает, когда мы обманываем, - бесхитростно пояснила Марина.
- Правда, - уверенно соврал Андрей, и невольно пощупал ухо, не свернулось ли оно. – Поэтому не ври.
- Ладно, не буду, - тяжко вздохнула Марина. – Буду терпеть эти временные трудности, подросту не будут уши сворачиваться, как у тебя пап…
Конец
08.09.2023
Читать другие посты автора - здесь
Девятое января - здесь
Читать "И император прослезился" - здесь
Читать "Проклятые земли" - здесь