Любовались новыми ставнями недолго, из дома послышался детский плач и они, не сговариваясь поспешили туда.
-Ну чего ты, испугался, что-ли? - ласково прижимал к себе сына Иван,
-Ты ведь мужик!
Мария наблюдала за ними со смешанным чувством, умиления и лёгкой досады.
-А ты когда-либо любил наших сыновей? - неожиданно спросила.
Иван внимательно посмотрел на бывшую жену, спустил с рук парнишку.
-Пожалуй подошло время для откровенных разговоров, - подумал он, а вслух сказал, тщательно подбирая слова,
-Ты всегда была сильная, всё успевала сама, а я приносил деньги в дом и считал, что на этом моё участие в их воспитании заканчивается. Вначале малых на руки не брал, боялся повредить, а затем только со стороны наблюдал, как растут. Считал, что бабскими нежностями парней только испортить можно... - как давно он хотел это сказать вслух, оправдаться хоть как-нибудь за свою неласковость.
Начало
Предыдущая
-А этого не боишься испортить? - вылетело вдруг против воли у Марии.
-Если бы Дашка была хорошей матерью, не пришлось бы его баловать... - Иван высказался и тут же почувствовал, как это абсурдно звучит. Получается, что старшие сыновья не получали достаточно его внимания из-за того, что у них хорошая и любящая мать?
-Ты же сам Дашку выбрал, даже нашу семью порушил. Так шибко её любил? - никогда раньше Мария о таком ещё не заговаривала, держалась стойко, как оловяный солдатик, а тут, как будто прорвало.
-Жалко стало, когда увидел её беспомощную, со слезами на глазах, захотелось приласкать и защитить... - и Иван виновато отвёл взгляд в сторону. Не хотелось об этом говорить и бередить ещё незажившую ещё рану, и её, и свою.
-Дак ежели бы я ногу подвернула, а не Дашка, тогда ты и меня бы точно также пожалел?
-Не знаю, - откровенно ответил и при этом ничуть не слукавил. В детстве купался в любви родителей, они для своего долгожданного дитяти готовы были на всё. А потом их заменила жена со своим безусловным обожанием и услужливостью. Ему ничего не нужно было делать, его и так любили и боготворили. А Дашка была, как свежий ветерок в застоялом болоте. Вернее вихрь, который всё разрушил и сломал... Она его отталкивала вначале и это ещё больше подогрело к ней интерес.
-Я не ценил, что имел, пока не потерял. Знаешь, чего мне не хватало все эти три года? Наших спокойных и тёплых вечеров, когда мы с тобой, после того, как укладывали детей, просто сидели рядом и молчали. В печи тихонько трещали поленья, а где-то в углу пел бесконечные песни сверчок. Оказывается это и было настоящее счастье. И у меня тут щемит, когда всё это вспоминаю, - Иван прижал руку к сердцу.
-Ишь, как разговорился, - отметила про себя Мария. Лично её эти молчаливые вечера тяготили, она хотела бы поделиться с мужем событиями, произошедшими за день, либо поделиться планами на будущее. А приходилось молчать, чтобы мужика не разгневать...
-Я иду мимо, гляжу, а у тебя Маруська какая красота, - в дом без стука ввалилась Варвара.
-Васильич и ты туточки, - заметила Ивана, который непроизвольно дернулся после неожиданного вторжения.
-Да, мужику одному несподручно, к тому же ещё есть и дитя малое... - вроде бы и посочувствовала, но от её такого сочувствия Ивану стало неуютно.
-Я пойду пожалуй... - он понял, что время откровенности вышло и момент безвозвратно потерян.
-Иди, милок, иди, - гостья сняла с себя нарядный платок, повесила на вешалку у входа и прошла за стол,
-Дай мне Марусь перо с чернильницей, будем писать письмо,- объявила важно. А ей было чем гордится, ведь многие деревенские были неграмотными в отличии от неё.
-Какое письмо? - остановился у порога Иван.
-Варвара под диктовку напишет, сыновьям весточку пошлю, - объяснила Мария, доставая из буфета, прибранную на верхней полке тетрадку, да перо с чернильницей,
-Я ж неграмотная...
-А меня ведь и не попросила, - размышлял вслух Иван дома, пока растапливал печь,
-Гордая... - и вздохнул. От печки шёл жар, но в избе всё равно было не так тепло, как у Марии. И вроде бы чисто кругом, он уж старался поддерживать порядок, но неуютно как-то и тоскливо.
***
-Опять на обед не пошёл, я тут тебе пирогов принёс, хоть червячка заморишь, - Панкрат вернулся из столовой с тарелкой в руках,
-Катюха передала, переживает. Ты того, присмотрелся бы к ней, баба она неплохая, дети у неё уже выросли, мешаться не будут и сама она ишо хоть куда, в самом соку...
-С каких ты пор сватом заделался, - недовольно прервал его Иван,
-В третий раз я жениться уж точно не стану...
-Поди на Марию надеешься, што назад примет? А вот зря, там на неё один уж глаз положил...
-Что ты мелешь! - Иван резко подскочил с места и тарелка вдребезги разбилась о дощатый пол. Он никогда и мысли не допускал, что у его бывшей жены кто-то появится,
-Скорее всего на горе рак свистнет, чем моя Мария на другого взглянет...
-Да ладноть, не шуми, - примирительно буркнул Панкрат,
-Прямо таки и пошутковать нельзя...
-Шутки у тебя странные, - выдохнул с облегчением Иван, а напарник продолжил,
-А тот гармонист конешно же шибко уж молод для Марии. Мужику то чуток более тридцатки буде... - сказал, как будто гвоздь в грудь забил. Опять заныло.
-Так вот значит у тебя какие там репетиции, - Иван вышел из садика с сынишкой на руках. После тех слов напарника весь день его был безвозвратно испорчен. Он без конца прокручивал в уме картины, где его Мария улыбается какому-то мужику и внутри всё клокотало. Додумался уже до того, что этот хмырь может появится в её доме, займёт его место.
-Хотя, я же сам это место и освободил когда-то, - справедливости ради подметил Иван.
-Стоп, а когда там у них репетиции? Вроде бы по выходным, надобно наведаться и поглядеть, кто это там объявился,-Иван помнил, что раньше на гармони играла сама Петровна и как-то упустил момент, когда всё переменилось.
