Ондатра ужинала. Выйдет на берег, выдернет с корнем тростник и с закуской в воду возвращается. Разделит стебель на части. Разложит перед собой на поверхности воды, как на скатерти. А вода колышется – прибой! Прибойный ветер гонит закуску ондатры от берега. Но не тут-то было. Ондатра, хоть и подслеповата, но все видит, за всем наблюдает. Хвать лапой – и опять кусок тростника на «скатерть» возвращает. А тут сверху, с осины, слетел сухой листок. Упал на воду. Ондатра и его – хвать! И в рот. Но лист ондатре не понравился. Сухой. Жесткий. Пожевала-пожевала, бросила. Выбралась снова на берег. Побежала к тростникам. Чем бы еще поживиться? Не может такого быть, чтобы осень была невкусной.
Ондатра ужинала. Выйдет на берег, выдернет с корнем тростник и с закуской в воду возвращается. Разделит стебель на части. Разложит перед собой на поверхности воды, как на скатерти. А вода колышется – прибой! Прибойный ветер гонит закуску ондатры от берега.
Но не тут-то было. Ондатра, хоть и подслеповата, но все видит, за всем наблюдает. Хвать лапой – и опять кусок тростника на «скатерть» возвращает.
А тут сверху, с осины, слетел сухой листок. Упал на воду. Ондатра и его – хвать! И в рот.
Но лист ондатре не понравился. Сухой. Жесткий. Пожевала-пожевала, бросила. Выбралась снова на берег. Побежала к тростникам. Чем бы еще поживиться? Не может такого быть, чтобы осень была невкусной.