- Ну хватит, хватит, родимая, убиваться, - Валентина присела рядом и погладила унывающую дочь по спине. – Что ж поделаешь, если Богу так угодно? Он всевластен над нами, мы его дети и обязаны подчиняться. Богу лучше знать…
- Богу?! – оскалив зубы, Ира повернула голову. – Какому Богу?
Глава 1
Предыдущая глава
Глава 12
У Вали волосы на голове зашевелились. Когда это Ирка успела связаться с местными алкашами, да ещё и рабочие отношения наладить? Она ж всегда на виду: работа-дом, - а тут такие новости!
- А что за работа? – Валентина моментально охрипла. – Чем заниматься?
- А мне почём знать? – по лицу хозяйки Вася понял - она не в курсе Иркиных дел. - Собирались обмозговать, обсудить, а ты сразу драться. Позови её.
- Спит, - буркнула Валя, размышляя о поведении дочери. – Ты иди, Вась. Иди.
- Тогда я завтра зайду?
- Не надо. Выпила баба малеха, ляпнула, не подумав. Иди, - махнула рукой на гостя и потопала доить корову.
Дёргая кормилицу за плотные "висюльки" (боюсь, что за нужное слово и этот рассказ уйдет в...), Валентина вздыхала, что-то бубнила и нервничала. В голове не укладывается, неужто Иринка в запой уйдёт? Какой позо-ор, на всё село позор. Каждый начнёт пальцем тыкать да посмеиваться. Сплетничать здесь все умеют, а заглянуть в душу, что там творится, - никому не дано. Лишь бы сплетни распустить, осудить, осмеять.
- Ну уж нет! – закончив с дойкой, Валя встала, подняла ведро и повесила стульчик на гвоздь. – Я ей сейчас всю душу выверну. Я всё разузнаю. Что у неё за тайны такие от матери?
Процедив молоко, Валя обратила внимание на обувь, стоящую у порога: калоши Дениса исчезли.
- Вот гадёныш! – в сердцах обозвала мужа. – И этот смылился!
Скинув свои, прошуршала в спальню. Толкнула с силой дверь и как заорёт:
- А ну! Вставай, бесстыжая твоя рожа! Рассказывай, что это у тебя за дружки появились?
- М-м, - у Иры зазвенело в ушах от визга матери. Повернувшись на бок, накрыла голову одеялом.
- Я кому сказала? Поднимайся, чтоб тебя, - подскочив к постели, Валентина ухватилась за угол одеяла и потянула его на себя. – Зачем Васька Куцый приходил, а? Какие такие деньги ты ему обещала?
- Ма-ам, отстань, - простонала сонная Ира и зарылась под подушку.
- Поднимайся, непутёвая! Вылезай! Что за работу ты ему предлагала? – натянув одеяло, Валя дёрнула как следует и раскрыла обмякшее тело. – Как ты могла связаться с непотребством? Где ты его встретила? Ты ж из дома не выходила!
Не выходила, наверное… Валя вспомнила, как проспала весь вечер под советский фильм и новостную сводку, которую она так и не посмотрела.
- Ты из дома уходила? - откинув на край кровати ватное одеяло, зыркнула недоверчивым взглядом.
- А я отчитываться перед тобой должна? – Ирина села и свесила ноги. Голова гудела, в висках стучало, а во рту пересохло. – Дай воды, а?
- Ирка, говори, как есть: что у тебя за дела такие с Васькой? – Валентина разозлилась не на шутку.
- С каким?
- Куцым!
- Не пойму, что тебе от меня надо? Воды лучше дай.
Ох и плохо же Иринке. Никогда так много не пила. В груди жжёт, органы ноют, в ногах усталость, а в голове – колокола звенят.
- Ирка, - Валя заговорила шёпотом. Присела рядом и взяла дочь за дрожащие руки. – Он в тюрьме сидел, слышь? За убийство. Его все наши сторонятся. Ну, кроме алкашей – дружков его. Смотри, девка, накликаешь беду на свою головушку. Не вздумай с ним связываться. Да и нечего нашу семью перед всеми позорить. Стыд-то какой, нашла с кем застольничать.
- Не придумывай, - Ирина поднялась на ноги и покачнулась, приложив руку ко лбу. – Он что-то там выдумал по пьянке, а ты уже меня в его подруги записала.
- Так Васька был тут, полчаса назад. Пришёл и о деньгах мне мусолит. Я и прогнала.
- И правильно сделала, - Ирина выходила из комнаты, держась за стену. – А была я у Алки. Мы о детях говорили.
- Ох и не нравится она мне, - шлёпнув ладонью матрас, Валя поспешила за Ирой. – Вот хоть убей, не нравится. На неё издалека взглянешь, обойти хочется. На лице лица нет. Глаза провалились, чёрные все, один нос торчит.
- Когда сына своего похоронишь, не такая станешь, - Ирина набрала свежей воды из ведра.
- Типун тебе на язык, дурында, - Валя поплевала через левое плечо, как гласит примета. – Нашла, что ляпнуть.
Напившись вдоволь, Ира плюхнулась на лавку и схватилась за голову.
- Ой-й, как же мне плохо-о, - застонала, нагнувшись вперёд, - Валерочку жалко-о, в голове стучи-ит, в душе больно-о.
- Ну хватит, хватит, родимая, убиваться, - Валентина присела рядом и погладила унывающую дочь по спине. – Что ж поделаешь, если Богу так угодно? Он всевластен над нами, мы его дети и обязаны подчиняться. Богу лучше знать…
- Богу?! – оскалив зубы, Ира повернула голову. – Какому Богу?
- Как какому? Нашему. Отче, - выдавила из себя Валя, испугавшись звериного оскала.
Ира смотрела так, будто сейчас разразится гром, полетят молнии, и хата сгорит к чёртовой матери.
- Да пошла ты со своим Богом! – вскочила разъярённая Ирина. – У одной ребёнка отнял, теперь вот - я! – стукнула себя кулаками в грудь. – Чем я заслужила? А? Скажи мне?
- Тише ты, - глаза Вали поползли на лоб от нелицеприятных слов. – Ты что шумишь? Бог – есть наш отец, наши глаза и уши. Если не прекратишь так отзываться о НЁМ, он тебя накажет.
- Пусть! Пусть наказывает, коли существует! – задрав голову кверху и раскинув руки в стороны, завопила Ира. – Ну? Наказывай! Где там спрятался? На чердаке или за окном? – кинулась к окошку, мол, там ли Он. – Где? А? Где? Что-то не видно!
- Ирочка, да что ж с тобой происходит? Бесы вселились? – Валя сидела, открыв рот от боязливости. – Успокойся, не гневи, дурочка, у него рука сильная…
- Да что ты несёшь? – резко развернувшись, женщина расстегнула первые три пуговицы на платье, чтобы избавиться от духоты и потливости. – Нету Его, понимаешь? Нету! Если бы был, то не позволил бы Кольке моему семью предавать! Сохранил бы и сына, и мужа!
- А муж твой тут при чём? – опешила Валя.
- При том! Знала бы ты, почему он сегодня не приехал - молчала бы, а не приплетала Бога своего!
- Та-ак, - хлопнув себя по ногам чуть выше колена, Валя приподнялась, потёрла поясницу и, скрипя зубами, выпрямилась. – И к чему все эти разговоры, если ты мужика в измене уличила?
- А ты всё знала?
- Не знала, но догадывалась. Вот и сегодня убедилась - я была права. Колька загулял, а на сына ему наплевать, как и на нас.
- Откуда узнала? – насторожилась Ира, готовая реветь в три ручья. – Кто тебе сказал?
- А-а, значит, точно? Уехал к своей мадаме и бросил нас, так?
- К какой мадаме? – Ирину взял мандраж.
- К той самой, с которой уже год кувыркается, - утвердительно ответила мать и пересела на табурет.
- Да ты что? – У Иры закружилась голова от раннего похмелья и нежданной новости. Упав на табурет, опустила голову и обхватила её руками.
- И совести хватило на девять дней не показываться. Ай-я-яй, до чего ж бессовестный, прохиндей загульный, - запричитала Валя, осыпая зятя последними словами. – А то приедет, гусём ходит, грудь вперёд, важничает. Тьфу, бестолочь гулящая. И кто ж на него только позарился?
- Как кто? – подняв тяжёлую головешку, Ирина устремила взгляд на без умолку болтающую мать. – Ты ж только что сказала, что у него баба есть.
- А что, нет? Не у мужика же он задерживается? – Валя потеряла нить мыслей.
- Подожди, - Ирина попила ещё воды из ведра, глубоко вдохнула, ополоснула лицо под краном, намочила волосы у корней. – Давай сначала. Ты сказала, что у Кольки есть любов ница, так?
- Так.
- И эту новость ты узнала сегодня, так?
- Так.
- Откуда? Кто тебе рассказал?
- Ты, только что… - Анатольевна чуть-чуть потерялась в диалоге. Тоже встала и попила прохладной колодезной воды.
- Мне кажется, что он там запил! – выкрикнула Ира, обмахиваясь рукой. – А ты мне про любов ницу!
- А-а, - наконец-то клубок сплетен распутался. – Ты про пьянку… - Валя немного разочаровалась. Уже было обрадовалась, а тут такой провал. – Ну? А Бог здесь причём?
- Если бы он всё видел и менял ход событий, то не позволял бы моему Кольке пить, - более спокойно отрапортовала Ира и ушла в свою комнату.
- Ага, умная какая, - покачала головой Валя, собираясь растопить печь на несколько минут, чтобы в доме не появилась сырость. – Алкашам хоть глотку перевяжи, так они найдут, куда залить.
Открыла печную дверцу, оценила, насколько сухие дрова, пролежавшие семь дней, взяла спички с подоконника и огляделась.
- Нужна бумага.
Вспомнила о журнале, который закинула на печь, разорвала страницы пополам, размяла и сунула между дровишками. В это время вернулся Алёша. Бабушка отправила его кормить скот и чистить стойло, а сама зажгла измятую бумагу. Красные языки пламени мгновенно окутали бумагу и принялись за подсушенную древесину. Из-под заслонки повалил чёрный дым. Унюхав угар, Ирина выскочила из спальни.
- Да ты дом спалишь! – выдвинула железную задвижку. – Завтра бы и протопили. Приспичило на ночь глядя.
Узрев в руках матери знакомые картинки, сощурила глаза.
- Что у тебя там?
- Где? - Валя мяла бумагу и просовывала между поленьями.
- На полу.
- А-а, журнал.
- Какой? – голос Ирины сию секунду просел.
- Твой. И зачем он тебе? Просроченный.
- Дай сюда! - закричала Ира, выхватив остатки журнала. – Кто тебя просил? – судорожно перелистывая оборванные бумажные куски, что-то искала глазами.
- Ну-у, теперь давай из-за какого-то журнала поскандалим, - спокойно проговорила Валя, поднимаясь с металлического настила.
- Где? Где он? – Ирина затрясла журналом в воздухе, крича на мать. – Сожгла? Или убрала? Где?
Спасибо за ваши лайки, репосты и комментарии.