Александр Антонов вспомнил учебную часть: "В саперном батальоне Чебаркульской учебки чтили Устав, но было не особо принято "козырять" налево и направо.
Единственно, что строго соблюдалось так это дневальный по роте встречал всех входящих в расположение воинским приветствием. И в ответ получал аналогичное приветствие. А встретив например прапорщика никто из саперов и не думал о "козырянии"…
Но, как то раз идем с товарищем в сторону 2го КПП, где и кабинет коменданта гарнизона подполковника Ростовцева находился. Видим навстречу идет прапорщик неизвестной армии в рубашке с погонами, а форменную фуражку несет в руках.
Сближаемся с объектом и рука сама поднимается к пилотке. Да и как не подняться на погонах рубашки три звезды (генерал-полковник). Старших прапорщиков тогда ещё не было…
Кроме звезд ещё и галун в виде галочки. "Генерал" заулыбался, надвинул на голову фуражку и тоже козырнул... А фуражка то железнодорожная!
Не видали мы до этого случая железнодорожников без форменных пиджаков…».
2. АЛЬБЕРТ М. поделился: "Часть у нас была уставная и в плане соблюдения формы одежды тоже. Конструктивные изменения формы одежды пресекались мгновенно и жестко. И меня всегда удивляла победа надежды над здравым смыслом у некоторых бойцов.
Они могли потратить несколько вечеров на потрошение шапки, вынимание ваты из неё, намазывание зубной пастой или кремом для бритья и потом наглаживание на стопке книг и придание шапке кубической формы.
Самое главное, что это выглядело по-клоунски. И кара наступала мгновенно, как только это чудо попадалось на глаза любому офицеру и некоторым прапорщикам…
Шапка рвалась в лоскуты и бойца ставили в самый сложный наряд по роте. И вот стоило оно того, убить несколько вечеров, что бы пофорсить ну максимум пара часов?
Сапоги гармошкой у нас считалось стремной темой, а вот укорачивать многие пытались и заканчивалось всё отрубанием носков. Нравится носить сапоги с отрезанными голенищами, значит понравится носить и с отрубленными носками
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
