Прозвища имели короли почти всех европейских династий: Англии, Шотландии, Франции, Германии, Швеции, Дании, Австрии, Чехии и России, конечно… Они зарождались в дворцовых коридорах и сельских тавернах. Прозвище — это своего рода творение народа.
Но в одно имя трудно было бы уложить все качества правителя, поэтому одним он чаще всего не обходился. Из всех прозвищ короля выбиралось обычно одно, которое и становилось основным.
Отвечает Иван Александрович Бителев аспирант исторического факультета МГУ
В эпоху Средневековья прозвища часто становились вторым именем, отражая наиболее заметную для окружающих черту человека. При редком использовании или отсутствии фамилий они становились элементом идентификации. Давались они современниками, были получены после жизни или создавались самими именуемыми.
Отражали они как внешние признаки (например, Хакон II Широкоплечий), так и достижения и особенности правления (например, Эдгар Миротворец, английский король, стремившийся избегать вооруженных конфликтов) или характера человека (Филипп Смелый). Они могли отражать и место происхождения (например, польский король Иоганн Люксембургский), определенное событие в жизни (Эрик Плужный, введший налог на плуг), эмоциональное отношение других людей (Карл Великий).
Прозвища использовались королями и в политических целях, для укрепления своего престижа, поэтому обижались ли они, сказать трудно. Например, Людовик XV поддерживал культ «короля-солнца», лично участвуя в балетных постановках и играя, в частности, роли бога Аполлона и восходящего солнца. Это было актуально в период усиления королевской власти внутри страны и позиций Франции на международной арене.
Прозвища часто употреблялись в качестве элементов политической репрезентации и ранее, повышая рейтинг и самого правителя, и его страны. Филипп Храбрый, Людовик Благочестивый, Карл Мудрый и иные уже своими прозвищами создавали себе достаточно положительный образ, что было важно как для внешней политики государства, так и для авторитета династии, поддержки потомков в случае возможной борьбы за власть.
Нередко насмешливые прозвища давались политическими противниками — с целью оскорбить самого правителя и сделать его посмешищем для его народа.
С течением времени менялась и коннотация. Например, Гарольд Заячья Лапа — имя, звучащее ныне скорее иронично, — явилось, предположительно, результатом быстроты на охоте. И наоборот, изначально имевшее отрицательную характеристику прозвище обретало положительную коннотацию. Львиное Сердце, как, согласно одной из версий, прозвали английского короля Ричарда арабы за его воинственность, стало символом храбрости и благородства.
Одни прозвища канули в Лету, иные же прижились и стали неотъемлемой частью памяти о королях.
Отвечает Аркадий Евгеньевич Тарасов кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры истории России до начала XIX века исторического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова
Как отмечает видный современный специалист в области имянаречения русских князей Ф.Б. Успенский, история выбора имени представляет собой концентрированную, сжатую до предела историю династии.
Порой причины появления прозвища лежат на поверхности, не требуя особых доказательств. Так, Александр Ярославич был назван Невским за победу над шведами на Неве, а Дмитрий Иванович — Донским за победу над ордой Мамая на Дону. И совсем другое дело дать ответы на вопросы о прозвищах как системе, сделать верные обобщения, исходя из частных случаев: как и кем давались прозвища, существовали ли здесь устойчивые традиции, что было необходимо для того, чтобы прозвище стало общеупотребимым в отношении определенного человека, и т. д.
Можно вспомнить интерпретацию прозвища великого князя Московского Василия Васильевича Темного. Начиная со стародавних времен первых историков русского прошлого закрепилось и прочно вошло в обиход следующее понимание: Темным Василий Васильевич стал после того, как его в 1446 году коварно ослепил политический противник князь Дмитрий Юрьевич Шемяка. Однако столь ли однозначна такая интерпретация? Историк Н.С. Борисов справедливо заметил: "Подлинный смысл уникального прозвища Василия II — своего рода историческая загадка. На языке того времени слова "темный" и "слепой" не были абсолютно тождественны. Они различались своим содержанием. В XV веке известно несколько князей и бояр, носивших прозвище Слепой. Но нет ни одного, кроме Василия II, кого бы называли Темным. Это имя звучит как проклятье. Но в нем же — отзвук жалости и прощения.
Мезальянсы королей: браки, изменившие историю. Эрцгерцог Франц Фердинанд и София Хотек
Архив 2015