Кто там призывал рожать детей, невзирая на обстоятельства и здравый смысл? Какой-то министр? Передайте ему, что кот Люцик проклял его страшными словами и пожелал до конца жизни питаться на прожиточный минимум.
Итак, знакомьтесь: кот Люцик, 3 года, 8 кг. Красив, умен и нежен. С недавних пор убежденный чайлдфри и немного заика. С этим роскошным мужчиной мы познакомились благодаря Шуниному несчастью: Люцик стал её донором. Он мужественно перенес процедуру, даже не пикнув, и вообще показал себя с самой благородной стороны.
Мы с Настей были в восторге. Но, к сожалению, на дворе стоял четвертый час ночи, и везти Люцика обратно на передержку было поздновато. Поэтому он поехал в знаменитую квартиру на пятнадцатом этаже в надежде услышать не менее знаменитую арию Анфисы.
Но Анфиса спала. В это время суток ей снятся особенно увлекательные сны, и она очень не любит, если ее будят. Странный шум в прихожей ее никак не насторожил, она просто перевернулась на другой бок, сонно почмокала губешками и продолжила спать. Не велики птицы явились — идите туда, где всю ночь шлялись.
Что ж, Люцик вышел из переноски, осмотрелся и пошел на кухню немного пожевать. Остаток ночи грозил пройти очень скучно, но тут из-за печки вышло ЭТО. Улыбаясь своими новыми зубами в два ряда, Никуся-младшая посмотрела на большого рыжего дядю, скосила глаза к переносице и возопила:
- АРРГХПППР!!!
Ничего подобного Люцик за всю свою жизнь не видел. Мы гнались за ним и пытались объяснить, что наша Маугли, воспитанная Анфисой, просто хочет поиграть. Но знает только одну игру: бегать за ним с лопатой!
- Уберите ЭТО!!! - вопил Люцик, - я приличный кот!
- Смерррть! Смерррть!! Смерррть!!! - весело орала Никуся, прикусывая его за попу. Ей ужасно нравилась наша предутренняя движуха. Какой замечательный дядя-жиробас!
- Мама, ты мне его оставишь?
- Я наложу на себя лапы! - рыдал Люцик с холодильника, куда он взлетел легкокрылой птичкой. Мы слегка офигели. Никуся бегала внизу, пыталась допрыгнуть и показывала коту оскорбительные жесты. Потом она кидалась в него игрушками, потом пела воинственные песни, а когда за окном уже полностью рассвело, она там и уснула. Маленькая пестрая бандитка сопела в две дырочки в теплом солнечном пятне. Она была такая хорошенькая, что примирила бы с жизнью даже суицидника.
Но только не Люцика. Он тихонько сполз с кухонного гарнитура и на цыпочках прокрался в спальню. Залез к Насте и обиженно зашептал в ухо:
- Какой ужасный ребенок! Никогда не любил детей! Дети — это зло, уж лучше старые бабки…
На этих словах Люцик похолодел. Под его задницей что-то зашевелилось. Одна старая бабка разлепила заспанные глаза, сфокусировала взгляд и похлопала Настю по щеке когтистой лапой:
- Это что за рожа?
- Люцик.
- Какой, нахрен, Люцик? Мааа-а-а-а-а-а-ло на-а-а-а-ам бло-о-о-о-о-ох!!!