В психиатрическую клинику Яшка Н. по прозвищу Криденс попал после так называемого "золотого укола". Надоело маяться ему на этом мрачно-сером для него свете: выкрал у матери-инвалида все сбережения из подушки, которые она бережно откладывала со своей пенсии на лечение сына-нарк-на.
Сын единственный, а любовь матери порой бывает безмерна и слепа.
Но с другой стороны Яков не всегда был таким: воспитывался без отца, хорошо учился, поступил в институт, решил подзаработать, связался с мошенниками и оказался по уши в долгах. Матери тогда не жаловался, пытался выправить ситуацию своими силами, у нее уже тогда начинали отниматься ноги после инсульта. Требовался покой и деньги - деньги большие - будь они не ладны. А где их взять престарелой пенсионерке и сыну-студенту? Вот и решился Яков на авантюру с приятелями из музыкального клуба, вложили деньги в некий зарубежный коммерческий проект, который со слов знакомой дамы выглядел просто как все гениальное. В каком-то зарубежном банке проценты по вкладу были выше, чем в отечественных. Решено было сыграть как на бирже: набрать кредитов и долгов в России, вложить на краткосрочный вклад в тот самый "магический" зарубежный банк (кстати, с очень солидным названием), вывести деньги с процентами, поделить между собой и стать богатыми. Все рассчитали, люди же не глупые. Криденс даже гитару свою любимую продал, чтобы деньги в общее дело вложить, а оказалось так, как оказалось. Деньги вылетели в трубу, точнее кто-то их хитрых и хищных дельцов просто положил их себе в карман. Дама, которая инициировала эту комбинацию, куда-то исчезла, хотя доверие у ребят к ней было полное: во-первых, она всегда ходила на выступления их студенческой музыкальной группы, а во-вторых, была по профессии гинекологом, что в принципе не вызывало сомнения в порядочности.
В общем, Яшка-Криденс попал. А цель-то была благородная - и самому разбогатеть, и матери помочь с лечением. И тогда в отчаянии он пустился во все тяжкие: пошел на проспект торговать веществами. В день отбивал по тысяче, и все по его мнению шло благополучно, пока однажды его со всем товаром не прихватил нарко-контроль. Кажется, у ада есть дно. Нет. Дна у ада нет. В этом убедился двадцатилетний Яша. Из института пришлось уйти, на адвоката денег не было, оставалось ждать суда, да еще и хозяева зелья, которые снабжали товаром, стали требовать с него возврат - форс-мажор в их бизнесе не предполагался.
Криденс впал в депрессию, и чтобы хоть как-то заглушить горе, стал употреблять то, на чем пытался недавно заработать. Было пробито еще одно дно. Домой он приходил в невменяемом состоянии - лишь бы мать не задавала прямых вопросов. А мать все и так поняла. Сердце давно подсказало, что с сыном творится беда. Она еще давно начала откладывать от пенсии деньги на операцию, теперь решила во что бы то ни стало сначала вылечить сына. Нашла частную клинику, договорилась. Сын тоже был не против. Вроде бы. Но когда наступил момент поступления в клинику, Яков принял единственное, как ему тогда казалось правильное решение: взять из подушки у матери деньги, пойти купить много вещества и сделать так называемый "золотой укол" - уйти из жизни и избавить близких от кучи проблем.
Было лето. Теплый август. Криденс пристроился на лавке напротив церкви в скверике, сделал себе "золотой укол" и...очнулся, отнюдь не в райских обителях. А в психушке. Впрочем, сначала он несколько суток проспал, потом его отвезли на Скорой в токсикологическое отделение, долго боролись за жизнь, к сожалению у него случились микроинсульты, и Криденс перестал нормально ходить - заваливался как пьяный. Говорил как пьяный - растягивал слова, много и бессмысленно улыбался, называл медсестер "белыми бабочками", а мать сначала не узнавал, или делал вид, что не узнает. Токсическое поражение головного мозга сделало Криденса наполовину овощем.
Мать пыталась оформить опекунство и забрать сына-инвалида домой, но она сама уже нуждалась в опекунстве. Криденса перевели в областную клинику в тихое лесопарковое место с огромным забором по периметру, его выпускали гулять под присмотром "белых бабочек", и он оказался в том мире, в котором уже не нужно было пускаться в авантюры с деньгами и соваться в сомнительные предприятия. Теперь, покажи ему доллар или другую купюру, он растянет рот со слюной в подобии улыбки и назовет это "красивым фантиком".