Я трогала его губы языком, слышала, как они дрожат, но больше ничего не собиралась делать. Вообще я думала, что уже пора домой в теплую постельку. Романтика конечно хороша, но в меру. Тем более спали мы всего часа три. Надо ехать домой и продолжить. Продолжить спать. На огромной Димкиной кровати, под пуховым одеялом, на шести подушках или на Димкином плече. А можно и на том, и на другом сразу. Ведь сегодня у нас расставание. Потому что завтра у Дмитрия работа. И не как-нибудь работа, а суточная. И ему надо выспаться, без всяких глупостей. А я его всегда отвекаю от сна.
Дима резко притянул меня к себе.
- Ну вот тебе что, поцелуя жалко?
- Нет, не жалко. Но надо ехать, а после поцелуя мы никуда не поедем.
- Мы и так никуда не едем в настоящий момент. И если бы ты не строила из себя девственницу, уже бы все закончилось
- А я не хочу так быстро, я хочу, как вчера
- Посмотрите на нее! Она хочет! А чего я хочу?
- Я не знаю, ты еще не говорил.
- Я хочу, чтобы ты меня целовала и уговаривала.
- В смысле уговаривала?
- В прямом, Галя смысле! Можно от тебя услышать слова любви и признания?
- Дим, я как то об этом не думала, вообще. Мне казалось, что тебе хватает физического контакта и всяких крыш и берегов
- А может если бы ты говорила что нибудь хорошее, я бы тебя и не таскал по крышам!
- Ну я же и так говорю
- Что ты говоришь?
- Как мне с тобой здорово, даже напрягаться не надо
- Знаешь, что я слышу, когда ты так говоришь? Дима, у тебя такая классная тыкалка, что сам то ты мне не особо и нужен, лишь бы тыкал меня иногда. Мне десять тыков хватит.
Я легла на спину и задумалась. А ведь я его действительно воспринимаю, как кексуальный автомат. Обнял меня, я легла на спину, ноги раздвинула, и жду прихода, потому что знаю, что все начнется, как только. Ведь поцелуи в нашем общении присутствуют, а объятия? Только с Диминой стороны. Я могу его обхватить руками, но даже я не могу сказать, что я его так обнимаю. Потому что нет в этом обхвате ни тепла , ни нежности. Обхватила, прижалась, и греюсь об него. Ведь сегодня могла же его поцеловать? Могла. А почему не поцеловала? Жадная? Может и так. Надо у него спросить, но стыдно. Он старается, что то для меня делает, а я?
- Ну поцелуй то я сегодня выпрошу? Или без поцелуя поедем?
Я привстала, оперлась на его грудь, и начала его целовать. Сначала верхнюю губу, потом нижнюю, потом обе, потом с помощью языка, потом почувствовала, как он мне отвечает, а потом он застонал. Правда? От поцелуя? Я так зажралась, что забыла про поцелуи? Наверное так. Ведь у меня до Димы не было такого стопроцентно результативного контакта. Вот там приходилось себя разгонять, поцелуями, обнимашками, словами , поглаживаниями, потрогиваниями, чтобы дойти до точки. А с Димой действительно все просто. Давно. С самого начала. Но он же и не сопротивлялся, значит ему нравилось. Три минуты и оба в дамках?
Я задумалась опять и замедлилась.
- Гал, не останавливайся пожалуйста
Это было какое то утро открытий. Дима, как девушка, подставлял мне свои губы и даже не пытался ускорить контакт. Руки его гладили меня не где нибудь , а по голове, и нам так было классно от этого, что оба закрыли глаза и утонули в этом бесконечном поцелуе. И мне все это нравилось, я даже забыла о взрослых играх, пока не поняла, что меня хотят уложить сверху. Понятно, что время пришло, и еще понятно , что Дима лоббирует свои интересы. Но все таки я люблю по другому. Но меня же попросили о нежности и понимании, значит надо что то придумать. Только фантазии у меня столько не было. И я стала делать вид, что я не понимаю, чего от меня хотят.
Ну а Дима не имел права применять силу, потому что двадцать минут назад говорил о любви и ласке, об.обьятиях и поцелуях. А чего то новенького ему сильно хотелось. Ну натура такая. Он перекатил меня на одеяло, и я даже подумала , что я победила и расслабилась. А он резко встал и выдернул одеяло всесте со мной из палатки, под восходящее солнце. А дальше мы продолжили, то что начали в палатке. Он получил свой экстрим, я свою любимую позу. И оба получили то, к чему шли минут тридцать с поцелуями и обьятиями. На одеяле, у прогоревшего костра, долюбив друг друга до восторга, мы, в костюмах Адама и Евы, ржали над тем, что в итоге получилось.
А еще через двадцать минут, мы выруливали из этого села в сторону города.