Обри Бёрдслей любил работать исключительно при искусственном освещении. Днём он плотно зашторивал окна и рисовал при свечах. К цвету он был абсолютно равнодушен - только чёрное и белое, тушь, перо и бумага.
Бёрдслей родился недалеко от Лондона, в городке Брайтон. В семь лет у него появились первые признаки чахотки. Из-за туберкулёза Бёрдслей провёл все детство взаперти, кончил всего четыре класса гимназии, но выучил при этом латынь и читал по-французски. Он обожал читать Золя и Бальзака в подлиннике. При этом он с равным удовольствием в свободное время сочинял музыку, рисовал и пробовал себя на литературном поприще.
А потом в его жизнь вмешался его величество случай.
Издатель Джозеф Дент решил выпустить «Смерть короля Артура» Томаса Мэлори, весьма популярную в Англии. Первым делом он занялся поисками иллюстратора. Как-то он зашёл к приятелю-букинисту. В это же время туда пришел Бёрдслей. «Самый худой человек, которого мне когда-либо приходилось видеть», - говорил потом Дент о художнике. Услышав про «Артура», Бёрдслей поднял тему о раритетных изданиях Мэлори. Дент был покорен его знаниями и на свой страх и риск отдал заказ никому еще не известному художнику.
Бёрдслей нарисовал «Короля Артура» одним лишь пером и тушью, при этом книга вышла роскошной, с орнаментальными рамками, текстом, увитым фантастическими цветами и листьями. Рисунки тушью можно было воспроизводить способом фотомеханического копирования, дорисовывать и изменять - это был своего рода полиграфический «фотошоп». «Король Артур» принёс коммерческий успех, и Бёрдслей навсегда оставил службу,на которой несколько лет маялся до этого.
Двадцатипятилетняя жизнь Бёрдслея целиком поместилась в викторианскую эпоху. Художника, снабжавшего иллюстрации эротическими намеками, а бывало что и не намеками,приличные граждане называли не иначе, как эротоманом и извращенцем. Но скандал часто сопутствует успеху . Не написав ни одной картины, не имея ни одной прижизненной выставки, Бёрдслей завоевал мир благодаря иллюстрациям. После «Короля Артура» Бёрдслей непрерывно делает рисунки для книг и журналов. Он совмещал образы смерти с образами сладострастия, гротеск - с мистикой.
Скандальной популярности Бёрдслею добавило знакомство с Оскаром Уайльдом. Бёрдслей проиллюстрировал его пьесу «Саломея». Даже циничный Уайльд ужаснулся ,когда увидел результат его трудов. Это был декаданс в чистом виде. Он одел Саломею по парижской моде 1890-х годов и переместил в современность. Его Саломея показана как садистка и извращенка. Уайльд в итоге подписал подаренную художнику книгу так: «Обри Бёрдслею, единственному, кто, кроме меня, понимает, что такое танец семи покрывал».
Четыре последних года жизни Бёрдслея -самая блистательная его эпоха. Это период «Жёлтой книги». Так назывался популярный альманах, где Бёрдслей был художественным редактором, а авторами - поэты-декаденты . Популярность Бёрдслея стала так высока, что его типажи показывали в театре.
Но блистательный период «Желтой книги» закончился, когда Оскара Уайльда осудили за нетрадиционные взгляды на некоторые сферы жизни и приговорили к двум годам каторжных работ. Какая-то газета написала, что Уайльд, отправляясь в тюрьму, взял с собой последний выпуск «Желтой книги», хотя на самом деле это был французский роман в жёлтом переплёте. Однако издателя эта статья так напугала,и он освободил Бёрдслея от занимаемой им должности в журнале.
В последний год жизни у Бёрдслея не осталось сил ходить на прогулки, он пользовался инвалидным креслом. Он уехал на лечение в Ментону, но очень хотел вернуться поближе к Темзе. Он ненавидел все эти «чахоточные курорты», однако продолжал лечиться там, так как очень хотел жить , и цеплялся за любую надежду. Он писал в письмах к друзьям,что подружился « с одним египтологом, который выглядит, как мумия, но выглядит так уже лет 14, и всё же живёт».
Тут на Лазурном Берегу, незадолго до смерти, Бёрдслей сделал возможно самые лучшие но и самые «омерзительные» свои работы - иллюстрации к «Вольпоне» и рисунки к «Лисистрате». В последней он изобразил «войну полов» в самом остром и непристойном виде и сам пожалел о том,что отправил их в издательство . Он писал издателю Смитерсу письмо с просьбой уничтожить иллюстрации к «Лисистрате»: «Всем, что есть святого, заклинаю вас - уничтожьте их». На пороге смерти Бёрдслей перешёл в католичество, и хотел уйти из этого мира с чистой душой.
Издатель Смитерс его волю не исполнил и через год после смерти художника выпустил «Лисистрату» небольшим тиражом для ценителей.
Журнал «Story» , номер 12, 2013 год.