Есть такое растение - высокое, с красными цветами. Цветы эти собраны в большие стоячие кисти. Называется оно кипрей. Об этом кипрее я и хочу рассказать. Прошлым летом я жил в маленьком городке на одной из наших полноводных рек. Около этого городка сажали сосновые леса..
Выше омута на крутом берегу островами разросся кипрей.
- Кипрей - это наш помощник, - заметил Михаил Михайлович...
А вот кипрей чем вам помогает, я не знаю. До сих пор я только знал, что его листья заваривают вместо чая.
- Потому его и прозвали в народе иван-чаем, - объяснил Михаил Михайлович.
- А помогает он нам вот чем... Михаил Михайлович начал рассказывать.
Кипрей всегда разрастается на лесных пожарищах и порубках. Недавно ещё кипрей считали сорной травой. Он только и годился, что на дешевый чай. Лесники безжалостно вырывали весь кипрей, что вырастал рядом с молодыми сосенками. Делали это они потому, что считали, будто кипрей заглушает побеги сосен, отнимает у них свет и влагу. Но вскоре заметили, что сосенки в тех местах, где уничтожен кипрей, совсем не могут бороться с холодом и от первых же утренних морозов, какие бывают в начале осени, начисто погибают.
Ученые, конечно, начали искать причину этого и наконец нашли.
- Что же оказалось? - спросил Михаил Михайлович и сам себе ответил: - А оказалось, что кипрей - очень теплый цветок. Когда ударит осенний мороз и иней посеребрит траву, то около кипрея инея нету. Потому что вокруг кипрея стоит теплый воздух. Этот цветок выделяет из себя теплоту. И в этой теплоте растут себе без страха все соседи кипрея, все слабенькие побеги, пока зима не прикроет их, как ватным одеялом, глубоким снежком. И заметьте, что кипрей всегда разрастается рядом с молодыми соснами. Это их сторож, их защитник, их нянька. Бывает, в сильный мороз у кипрея отмёрзнет вся верхушка, а он всё равно не сдается, живет и дышит теплотой. Самоотверженный цветок!
- Кипрей, - сказала Анюта, - не только воздух обогревает, но и почву. Так что и корешки всех этих побегов не замерзают.....
Перед отъездом я сорвал кисть кипрея. Анюта высушила ее мне в сухом песке. От этого цветы сохранили свою яркую пунцовую окраску...
У себя в Москве я заложил эту сухую кисть кипрея в толстую книгу. Называлась она "Русские народные сказки". И каждый раз, когда я раскрывал эту книгу, я думал о том, что жизнь, окружающая нас, хотя бы жизнь вот этого простенького и скромного цветка, бывает часто интереснее самых волшебных сказок.
Константин Георгиевич Паустовский (сокращено)