Абашидзе, в честь которого названа одна из центральных улиц Батуми, да ещё и памятник (2013) стоит - само собой, не Аслан, который до сих пор живёт в Москве и для Грузии однозначно враг государственности, а его дед Мемед.
Абашидзе были домом имеретинских князей, одна из ветвей которого при Османах перешла в ислам и сделалась ставленниками в Аджарии. Мемед Абашидзе родился ещё в османском Батуме да выучился в открытой его отцом Ибрагимом грузинской школе. Под Россией он прославился как писатель, которого регулярно арестовывали в обеих империях, а при Советах - как идеолог навязанной турками Аджарской АССР, выстроивший её систему власти и отношений с Грузией.
И хотя сам Мемед Ибрагимович сгинул в 1937-м, княжий дом Абашидзе исправно вошёл в советскую номенклатуру, а с распадом союза ненадолго вернул монархию. Аслан Абашидзе хоть никогда и не провозглашал независимости, объявив Аджарию всего лишь свободной экономической зоной, по факту вывел республику из состава Грузии.
Аджария имела замкнутый бюджет, собственную границу, свои партии и органы власти. Основной её экономики стала пограничная торговля, включая ту самую контрабанду, которой славился на заре своей истории Батумский порт - ведь с блокадой армяно-турецкой границы Батуми остался единственным окном в Турцию для всего бывшего СССР. Только вместо налогов тут были, само собой, неофициальные кормления с постоянным движением средств от нижестоящих госслужащих к вышестоящим.
Свою республику, в противовес увлёкшейся национализмом Грузии, Абашидзе позиционировал многонациональной и даже набрал себе 7 замов разных национальностей. Ну или хотя бы пытавшихся отыгрывать роли каких-нибудь греков, армян или цыган - по факту тут всё равно всё решалось по принципу личной лояльность к князю.
Особо приближённым Абашидзе мог вручить сразу несколько особо хлебных должностей, например соединив в одном наместнике роли мэра, начальника порта и главы таможни. С проворовавшимися чиновниками он разговаривал по душам, настоятельно убеждал вернуть всё украденное да отпускал с миром. Иной разговор был с теми, кто всерьёз посягал на власть и жизнь князя, в первую очередь сторонниками клана братьев Асанидзе - тех в темницу бросить могли без суда, следствия и пригоровора, а значит и чёткого срока.
Власть Абашидзе обеспечивала 145-я мотострелковая дивизия российской армии, так и не вышедшая из Батуми с развалом СССР: в отличие от тбилисских властей, аджарские дружили с Россией. В 1990-х, в разорённой художествами Гамсахурдии-младшего Грузии, сохранившая сильную власть Аджария оставалась относительно благополучным углом, где Абашидзе перед Шевадрнадзе позиционировал себя примерно как Лукашенко перед Ельциным.
Из состава страны он не выходил лишь потому, что надеялся рано или поздно из князей аджарских податься в тифлисские цари. Но ключевое слово тут "относительно" - была здесь та же нищета, а вместо анархии - образцовая "банановая диктатура" из голливудского кино про коммандос среди пальм. Квартал с прошлых и следующего кадров по факту был самым опасным местом Аджарии - так, в 2000 году известный путешественник Григорий Кубатьян угодил на несколько дней под арест просто за то, что проходил здесь.
Ведь красное здание, построенное в 1910-х годах как Госбанк, а при Советах бывшее Дворцом труда, в неофициально-независимой Аджарии стало ни чем иным, как княжеским дворцом, резиденцией Аслана Абашидзе.
Местные, в отличие от путешественника, просто знали, что без крайней нужды под окнами у государя лучше не отсвечивать. Поэтому когда в 2003 году в Тбилиси случилась Революция Роз, и по всей Грузии народ за считанные месяцы почувствовал перемены к лучшему, Абашидзе ВНЕЗАПНО узрел, что его ненавидят. Он взорвал мосты на пограничной реке Чолок и готовился к обороне, но в итоге, в мае 2004 года, сдаться и по-хорошему эвакуироваться князя уговорила Россия, кажется тогда просто по наивности полагавшая, что Шевадрнадзе достиг пика возможной русофобии, а с Саакашвили получится договориться.
Следующие годы русско-грузинские отношения только ухудшались, а Саакашвили всё нудел, чтобы Россия побыстрее выводил из страны свои военные базы. Наконец, в 2007 году 145-я дивизия ушла из Батуми в Гюмри, где вскоре была расформирована, частью влившись в по сей день стоящий там российский контингент.
Ещё год спустя Саакашвили попытался развить аджарский успех в Южной Осетии, но - силой оружия, и думаю, все помнят финал. Проиграв войну, герой Революции Роз провозгласил приоритетом выстроить такую Грузию, что абхазы и осетины сами решат забыть Россию словно страшный сон.
Основной точкой приложения сил в этом проекте стал Батуми, и район у бывшего дворца Абашидзе - не исключение.