Боязливо, даже в собственной прокрутке мыслей, воспринимается смерть кого-то близкого, вне зависимости от его ярлыка: будь он родственник, лучший друг, либо домашнее животное. Так или иначе, поднимая эту тему в голове, через рефлексию прокручивается определённый паттерн действий и как ты воспримешь эти резкие и режущие слова.
Как бы ты не старался, как бы округлённо не преподносилась эта новость, она всё равно бьёт тебя поддых. За эти крошечные секунды, что кажутся вечностью, в голове процеживаются мысли: "что можно было сделать?", будто ты способен изменить уже сложившуюся ситуацию. И каждая из них разного сорта. Возможно, даже нереалистичная.
Жизнь - штука неприятная и болезненная. И, как бы то ни было, продолжать свою жизнь стоит. Но в голове у тебя строится жизнь, где ты до сих пор видишь улыбку дорого тебе человека.
Извечной любовью, для С. от Д.
Застряло.
Линейкой по контуру ярко ведёт.
Запястье высвечивает - щас без пяти.
Назойливый ветер гуляющий в рот -
Сменяется значимость слов на зевки.
Такая-то, дальше, накинув пальто,
Отсветом за коркой - тавро без букв.
Возможно, на две стороны: помятый и груб;
Но всё равно скользко, но остаться мне тут.
Кофе остынет, табак проползёт -
Нервно, под ногти. И насколько я глуп?
На подоконнике образ искать.
Ритмы всё тише. Наверно, я лишний.
Память моя, дай мне дышать.
Б-н х-г
Я никогда не хотел
Видеть тот сон.
Видеть тот сон,
В котором ты...
Что будет, если
Я съем свой дом.
Съем свой дом,
В котором ты...
Где ты?
Сломать меня просто.
Хоть ростом не вышел -
Крыша калечит.
Дёргаться мимом -
Лоботомия.
Танцы обрывам.
Половина - все тропы,
Каждая - промах.
Старая кома.
Ради рвать гланды?
Да, не похвально,
Но оправдание.
Капризы
Деформирует сознание
Непонятное волнение.
Кривоночное сияние
Бьёт в мешки зудящей лени.
И божественная кара
Сопутствует пешим даром.
На гадость клоунада,
А на вид - ты просто жалок.
Нежно плачешь, всем потеха:
Ты остался дурачком
Будто праздник, время в пробке
Красных полос десять баллов.
Сажень плеч сибирской глуби.
Нет мотива выйти чистым
С этим пройденным путём.
Не держат кости, тело - в сопли.
Как дальше довести?
Ожидания
Думал, я тот самый; думал - все как в сказке,
Трупы ожиданий обесценить лаской.
Прыгать, как по скалам: всё, везде и сразу;
Так прохладно крови, мыслить нам опасно.
Мне не нужен отдых, дайте мне на пару
Несколько ударов. Стопчен и прекрасен.
Голова-качели, ближе к каруселям,
Ходишь еле-еле? Шире улыбайся.
Под игнором всех излишеств, всех изяществ,
Сверхотличий, лишних смыслов, грубых качеств.
Из задачек без охвата в обязательств без отдачи.
Неудачно все на пальцах объяснить излишним лаем.
К Такому-то
Каково ненавидеть себя клинически?
Швыряет от самокритики до самосожжения?
Мыслям выдай паспорта и личности
И, наконец, похорони меня под плинтусом.
Хочется быть максимально дерьмовым
Противным, как в нос экстракт алоэ
Бьют по носу, чтобы максимально спокоен
Скальпелем рыжим по крою и после
По шее пройдясь молчаливым согласием,
С каламбурами ужасными оставляй меня в стазисе.
Эти крайности переименуй в салочки:
Где я демон и лапочка, а где в сердце нюансами.
И останься другом: даже под этой агонией ужаса
Вспомни, как мои зубы при тебе крошатся;
Представь, что я через веру улыбаюсь так сказочно...
Хоть тебе просто-напросто кажется.
Смелость признаться
Мне здесь не нравится, я хочу убежать;
Как мне поверить, что я здесь не просто так?
Это всё просто страх – пылью останется.
Вечной стагнацией в рёбра врезаются
Парочка строгих фраз предубеждением.
Разорвать кожу мне – перерождение.
На смешном языке, кислотой в языке,
Болью шум в животе даёт сжечь этот день.
И остаться ни телом, ни памятью -
Ребёнком закутаться в скатерти:
Снова прослушал, снова простужен,
Ворчание жжёт мои уши.
Ожогами лезвием стружки
Сначала под стужей, после проскочат.
Под танец иголки в траншеях
Захочешь остаться подольше, лучше не стоит.
Риск
Честно, я здесь не зачинщик.
Честно, я здесь не зачинщик.
Честно, я здесь не зачинщик.
Честно, я здесь не зачинщик.
К камерам лезут колкости.
Стиль – помятый и брошенный.
Слиплись бодростью коршуны
Разрывают до косточек.
Чёткий пункт – уже тянут тенями,
Катит в асфальте и тают
Матери знаки в закате.
Взгляд так старательно валит.
Съем свой дом и без крошки оставлю -
Выплеском сонным не тает.
Фаза – знакомые фразы,
Занозой приносит заразу.
Но она всё же справится.
Съем отраву без гадостей.
Съем все рамки и фото.
К чему сопли, ну что ты?
Расшатанные липкие брёвна,
Ревнивые звонкие всхлипы.
Дистрофичные стельки почуют,
Что цель вообще неэтична,
Но я честно здесь не зачинщик.
От Такого-то
Слышишь, как птицы завыли?
Переложили себя на мычанье.
Средневековым венчанием
Смятение в менталке отчаянья.
Воздух спёртый, хоть и кричали,
Но теперь-то тот сон, в котором
Ты умерла, не так уж печален.
От этого немного отчален.
Да, я лечусь, себя помню
Чуть-чуть, на улицах трус,
И внутренний хруст,
Что «ямы» пропали.
Чего испугались? Шаткого лая?
И где обещания? Так неуютно...
Забитых по краю, асоциальных,
Видеть, трястись, самому отлепляясь.
Жить вне, не обсуждая, будто меня не касаясь.
Всё, что смогу: – Все виноваты,
Всех обвиняю, - злость на две стороны
Медали. Давит.
Вроде бы хватит, но хмурость волнами
На тысячу тканей одолевает;
Но каждое слово по сверке,
По книжке, не помогает.
Не коснулось - промчалось,
А все равно нет идеи, все равно номинально.
Всего лишь Такой-то: ни фамилии, имени,
Лицо просто тряпка, ничего и не ляпнуть.
Сложим лапки, упрёмся, посмотрим;
Обсудим головной болью, криком, капризом,
Но внутренне. Не факт, что не искренне.
Посмотрим, повторяю, чтобы точно под корку
Пролезло: посмотрим, где запятая, где точка.
Счастливый несчастный сон
Неприятный минус за дверью.
Мне больше некому верить:
Завернусь в голый виски,
Чтобы заквасить все мысли.
Счастье и взрывы – в этом ли смысл?
Провода проведут подгоревшие звёзды
На висках вбив обрывки фраз:
"Ошибкой программы – старая драма"
И сладкая жажда победы над страхом
На пороге пробудит пропитым звоном:
"Привет, моё маленькое мёртвое море
Вечный пробел незавершённых историй"
И мой старый новый год
Напомнила как жвачка под партой;
И мой старый новый год
Обжигающий привкус твоих губ.
И мой старый новый год.
Бред
Остановка на конечную.
Весна с инием, кажется, бесконечная.
Лови мои вечные:
В грубом свете сольёмся в одно.
Счастливый, только слишком засвечен.
К Такой-то
Массы асфальта в шрамах от акне.
Дурацкая память запечатана лаком.
Басистым ударом нашептается темп
В засальной футболке, эхом от ЛЭП
Прыщавая некогда смерть
Теперь кусающий шерстяной плед
Накроет. Заплетается в бульон язык.
Идея‐фикс через плёнку как бзик...
Ослепительный взрыв на зрачки,
Варикозные ветки тропы.
Я смакую каждый свой шаг -
Пережёвываю хрустом костей.
Пожалуй, мне хватит весны.
Я затыленный в погреб, в all‐in.
Просто дай повод чуть глубже дышать.
Запах колюч, нервный смешок
И стыд.
Кофе остыл, струйка огня
Высвечивает в тени ужасных гримас...
Не закрывать глаза. не отходить назад.
Собрать пару букв отпечатанных губ.
До свидания предыдущей весной
Воск плёнка техничной эстетики
Сводящим броском дойти
До тебя.
Твоего белого мрамора голодомор
Не старайся, не дёргай трещины
Послушай чуток:
Прошу, стань моей речью
И прекрати мясорубить
Меня в пыль.
Не просвечивай в слизь,
Что угодно: выслепи, отслуши
Выведь зрачки.
Выкинь отрефлексированный
Изюм морщинистый души
И проснись в кровати
Моей без меня во мне.
ДАЯ