Мои шаги отдаются вдоль стен пустого коридора. Идут занятия. Проходя мимо аудиторий, слышу голоса преподавателей, отдающих свет знаний науки. Вдруг, дверь с табличкой «Архив» распахивается, и загребущая рука хватает меня за загривок и затаскивает в помещение, пахнущее сыростью и пылью. Нос к носу оказываюсь напротив обладателя янтарных глаз, которые ничего хорошего не обещают.
— Золотко, ты головой сильно ударился? Что за хамские замашки? — поправляю блузку, одергивая ее за край.
— Все из-за тебя, сука тупая, — шипит мне в лицо. — Как только ты появилась, все пошло наперекосяк, розовая дрянь, — Тимур не шутит, наступая и заставляя делать шаги назад. Выставляю руки вперед, чтобы держать хоть какую-то дистанцию. Над нами горит тусклая лампа, бросая уродливые тени, и выражение лица в таком свете у Золотарева кажется маньячным.
— Отвали, щенок! — недобро скалюсь, показывая, что в обиду себя не дам. Делаю ладонью когтистую лапу, метясь в лицо перламутровым маникюром.
Рыжий скосил глаза на мою ощетинившуюся руку, посмотрел в глаза и не увидел там страха. Чем этот паразит может напугать женщину, вернувшуюся с того света, сердце которой бьется только ради сыновей? Да я ему кадык вырву зубами — нехорошо оскалилась.
Тимур сглатывает, отшатываясь от моей руки. Его передернуло. Теперь его очередь сделать шаг назад. Сплевывает на пол с досады, что запугать розовую девчонку не удалось. По его плану я должна забиться в угол и просить пощады, вытирая пол коленями и причитая.
— Здесь нельзя курить! — цыкаю, показывая на плакат о пожарной безопасности. Парень лишь ухмыляется и, прикурив от зажигалки, выпускает дым прямо мне в лицо. Рыкнув проклятье и топнув ногой, в два прыжка оказываюсь у двери. Дергаю ручку на себя… И ничего не происходит, дверь закрыта на ключ и нет внешнего замка, чтобы открыть вручную.
— Долго мне здесь сидеть? — бью ладонью в дверь, а потом пинаю ногой. — Открой по-хорошему! Я кричать буду, и тебя поймают с поличным… Еще рожу исцарапаю, будешь красавчиком ходить. Мой отец с тебя шкуру живьем снимет, — вспоминаю, кем угрожать надо… Не совсем же он отбитый, должен понимать границы? А в Мише я не сомневаюсь, он действительно задействует все возможные рычаги и Золотареву на этот раз даже родители не помогут.
— Может и открою, но что мне за это будет? — делает затяжку, втянув щеки, и щурится, меня рассматривая.
— Инвалидом тебя не сделаю, — прикладываю палец к губам, раздумывая — чего бы еще такого наобещать.
— Ариэль, у тебя парень есть?
Интересный вопросец! Ему зачем? Смотрит так задумчиво, на блузке пуговки, что ли, пересчитывает…
— У меня есть жених, — заявляю, глазом не моргнув. Подпирая спиной дверь, сложила перед собой руки, закрываясь от зрительного ощупывания.
— Любишь его? — поднимает рыжую бровь.
Чего-о-о-о? Странно слышать от мерзавца слово «любовь». Камнепад синоптики не прогнозировали?
В голове тикали часики. Вот так стоишь напротив рыжего негодяя, который, оказывается, о любви мечтает. Одинокий, растерянный и потерянный мальчик с затаенной надеждой смотрит в глаза, выискивая ответ. С лица слетела мажорская маска… Надолго ли? Кусаю нижнюю губу и не знаю, что сказать. Единственная любовь у меня осталась к сыновьям. Скажу ему «нет у меня ни к кому чувств» — и подарю надежду, а врать не хочется, даже в такой мелочи.
— Тимур, давай договоримся. Ты — сам по себе, я, в нашем окружении, общаюсь только с Кириллом.
— С Белым у тебя нет ничего. Он даже не знает какого цвета трусы на тебе сегодня, какой формы грудь… — его кадык снова дергается, словно замучила жажда. Глазенки опустил ниже, рассматривая мои холмики. — У тебя двойка с плюсом. Талия меньше шестидесяти, но бедра широкие — не стандарт. Когда ты идешь, выписывая задницей восьмерки, все парни таращатся, капая слюной. Не… Кир не замечает, какая ты телка сочная, он будто смотрит внутрь тебя. Охреневаю, что между вами происходит. Может, в самом деле, сестру в тебе видит? Но мне же лучше, — делает шаг ближе, и я интуитивно шарахаюсь, стукаясь затылком об дверь. — Давай встречаться, Ариэль? Можешь помариновать меня с ответом дня три. Я подожду… Понимаю, что тебе нужно подумать. Стану хорошим мальчиком, перевоспитаешь меня. Вы же, бабы, любите спасать заблудшие души, да? — золотисто-карие глаза хищно сверкнули.
Роман "Вернуться с рассветом" Автор Ольга Рог