Когда-то давным-давно читал форумные баталии, которые крутились вокруг вопроса: «хороший» корабль или «плохой». Прежде всего: один мой знакомы (командир корабля), всегда шутил, мол, «… раньше корабли были дервянными, зато люди стальные, сейчас же все чаще как-то наоборот». Это конечно шутка, но корабль – это действительно «кусок железа с определенными техническими параметрами», и, «жигулям» не стать гоночным болидом (они для этого не предназначены). Но в рамках отдельно взятой семьи, эта машина может стать незаменимой рабочей лошадкой, без которой было бы очень тяжко. Примерно так же и с кораблями. Очень многое зависит от экипажа, выучки, подготовленности, очень многое зависит от того, как и в каком качестве используется корабль, чем он заправлен, и какой боезапас находится на его борту. Аспектов много, но, если брать узко, то, можно получить ответ на вопрос: насколько параметры, заложенные при постройке корабля (и его модернизации) соответствовали потребностям «семьи» (т.е. флота и, в широком смысле, потребностям вооруженных сил).
Правильно поставленный вопрос – это уже половина ответа. А. потому, рассматривая вопрос: «хороший» корабль или «плохой», нужно ответить четко на вопрос: «Для чего?». Есть еще один нюанс: задачи флота в мирное время и во время войны существенно меняются. А, потому…
Начнем с самого начала, с определения, что же такое сторожевой корабль (или, сокращенно СКР). Сторожевой корабль — класс боевых надводных кораблей, предназначенных для несения сторожевой (дозорной) службы, охранения крупных кораблей, транспортов и десантных кораблей (судов) от атак подводных лодок, торпедных катеров и авиации противника на переходе морем и при стоянке на открытых рейдах.
Теоретически, на Черном море, СКР типа «Шторм» («Шторм» и «Шквал») могли выполнять массу задач. К началу войны они несли и торпедный аппарат, и глубинные бомбы, с 1942 года корабли этого типа начали получать бомбометы, их 45-мм орудия начали менять на 37-мм зенитные автоматы. На Черном море (остальные театры пока не берем) была масса десантов, активно осуществлялись перевозки (в том числе и боевыми кораблями). По логике эти корабли имели все шансы быть востребованными (но их было всего две единицы). Смотрим, что происходило с этими кораблями в годы войны.
Оба корабля к началу войны уже в значительной степени выработали свой ресурс. Сторожевой корабль "Шторм" был заложен на Николаевском судостроительном заводе 24.10.1927 г. (завод.№ С-186), спущен на воду 04.04.1930 г., вступил в строй 01.10.1932 г. Сторожевой корабль "Шквал" был заложен там же 24.10.1927 г. (завод.№ С-187), и спущен на воду в 1930 г., приемный акт подписан 05.03.1933 г.
«Шторм» (капитан-лейтенант Несмиянов») и «Шквал» (капитан-лейтенант Кадыгорбов) встали в ремонт 05.03.1939 г., начало Великой Отечественной войны оба корабля встретили в капремонте в Севастополе. Корабли стояли с разобранными турбинами и, 3 ноября 1941 года когда возникла угроза захвата Севастополя (выход состоялся в 2.25 ночи), оба корабля были уведены в Поти. Буксировку обеспечивали эсминцы «Бодрый» и «Безупречный», проводку осуществлял тральщик №27 (новый тральщик 58-го проекта, он же, впоследствии Т-413, погибший у м. Феолент 13 июня 1942 года), но вместо Поти, корабли были отбуксированы в Балаклаву (в 10.32 утра). Лишь на следующий день в 18.40, после погрузки части имущества ЧФ в Балаклавской бухте (Перед отходом по приказу старшего морского начальника Балаклавы на корабли погрузили бойцов аварийно-спасательного отряда ЧФ с имуществом и оружием), оба СКР на буксире у тральщиков №№ 15 и 27 взяли курс на Поти. Правда, ни один из них до Поти сразу не дошел, т.к. из-за сильного волнения и ветра караван с трудом выгребал против волны. Тральщик №27, имея на буксире «Шквал» был вынужден зайти 6 ноября в Сочи, а тральщик №15 (он же «Защитник») имея на буксире «Шторм», был вынужден на следующий день (7 ноября) зайти в Керчь. Учитывая дистанции между портами, очевидно, что тральщики с трудом справлялись с буксировкой. «Шторм» на буксире прибыл в Поти 8 ноября 1941 года.
15 ноября 1941 года экипаж «Шквала» собрал и запустил свою силовую установку (не завершив ремонт), и в 18:45 корабль снова вышел в Поти, куда и прибыл на следующий день.
Туда же, (в Поти) было эвакуировано оборудование и персонал завода. В декабре, в связи с подготовкой к Керченско-Феодосийской операции, неоднократно поднимался вопрос о введении кораблей в строй, но выполнить требования командующего не удалось. Сложность заключалась в том, что Харьковский завод был эвакуирован в тыл (в Свердловск), а Ленинград оказался в блокадном кольце. Возникла проблема с запасными частями. Еще до выхода из ремонта, 23 апреля 1942 года оба корабля стали «миноносцами» и приказом командующего были зачислены в 1-й дивизион.
6 мая «Шквал» вышел из ремонта, и встал на чистку котлов. СКР окончательно вышел из ремонта и поднял флаг 24 мая 1942 года. Корабль успел сделать два рейса в осажденный Севастополь (по памяти 20 и 25 июня 1942 года).
25 июня в 4.13 совместно с БТЩ-412 вышел из Новороссийска и в 23.00 прибыл в Севастополь, доставив бойцов и командиров 142-й морской стрелковой бригады, боезапас и продовольствие. На переходе СКР подвергался многочисленным атакам самолетов. 26 июня «Шквал» перешел из главной базы в Новороссийск, откуда 29 июня перешел в Анапу, а 1 июля вернулся в Новороссийск.
28 июня 1942 года из ремонта вышел «Шторм».
2 июля 1942 года оба корабля должны были выйти из Новороссийска в Поти, но эта дата стала черным днем для Черноморского флота. В результате ударов немецкой авиации по Новороссийской ВМБ были потоплены и получили повреждения многие корабли. Зенитная артиллерия не смогла прикрыть базу флота. Виноватым был назначен начальник базового района ПВО полковник Николай Гаврилович Гусев, заснувший от переутомления (29.09.42 приговорен трибуналом к ВМН), но корабли после этого налета очень долго «возвращали к жизни». Среди поврежденных оказались и «Шторм» и «Шквал», только вышедшие из ремонта. Несмотря на повреждения корабли сумели осуществить переход в Поти, где и встали в ремонт. «Шквал» привели в порядок достаточно быстро, и он успел уйти из Поти, до налета 16.07.1942 года. «Шторм», стоявший еще в ремонте, снова попал под удар. Вскоре и «Шквал» (командир – капитан-лейтенант В.Бакарджиев) снова получил повреждения, но, уже не от авиации противника, а при посадке на мель. 13 августа 1942 г. он сел на мель у Кабардинки, откуда на следующий день был снят двумя буксирами. Осенью оба корабля опять были введены в строй.
После этого всю осень корабли работают на износ.
3 сентября 1942 года с Таманского полуострова эвакуировалась Керченская военно-морская база. Эвакуацию прикрывал 305-й батальон морской пехоты (тот самый, о котором немцы писали, что он был на положении штрафного). На тот момент батальоном командовал Ц. Л. Куников (тот самый). Батальон был зажат противником в районе Соленых озер. Для снятия его с узкой прибрежной полосы в море вышел «Шторм». Экипаж корабля в светлое время суток, без прикрытия, сумел подвести корабль к занятому врагом побережью, и принять на борт 531 человек (!) с торпедных катеров личный состав батальона с вооружением. Корабль оказался перегружен. Хождение по палубе было запрещено. Для того чтобы отойти от берега и лечь на обратный курс, командиру «Шторма» А. И. Несмеянову пришлось осторожно описывать очень пологую циркуляцию, чтобы избежать опрокидывания. Состав батальона без потерь был доставлен в Геленджик.
5 сентября в 4.00 в составе конвоя (СКР «Кубань» и 3 СКА) вышел из Новороссийска, охраняя плавдок (6000 т), который буксировали ледокол «Торос», МБ «Вежилев», спасательное судно «Юпитер» и ТЩ «Петраш».
6 сентября в 3.20 конвой прибыл в Туапсе, а в 20.40 «Шторм» вышел в Новороссийск под флагом заместителя наркома ВМФ адмирала И.С.Исакова, на борту находился также командующий Черноморской группой войск генерал-полковник Я.Т.Черевиченко. 7 сентября вернулся в Туапсе.
«Шторм» участвовал в переброске войск из Поти в Геленджик и Туапсе. 8 сентября в 21.00 принял 400 бойцов 81-й бригады морской пехоты и вышел из Туапсе к Кабардинке. На переходе у СКР отлетела крыльчатка турбовентилятора 2-го КО, вышел из строя котел № 2, корабль шел под одной турбиной. 9 сентября в 3.00 прибыл в Геленджик, затем вернулся в Новороссийск и ушел в Поти с эвакуируемыми на борту.
28 — 29 сентября перешел из Поти в Туапсе. 29 сентября выходил к мысу Джубга для оказания помощи спасательному судну (СС) «Юпитер», в 11.03 СКР подвергся атаке двух Ю-88, сбросивших 12 бомб, попаданий не было. Вечером того же дня перешел в Геленджик.
30 сентября в 1.50 в сопровождении двух СКА направился из Геленджика с бойцами и командирами 408-й СД в Туапсе, куда прибыл в 5.10, а в 19.00 вышел в район Анапы для обстрела порта. 1 октября в 0.13 «Шторм» открыл огонь по городу и порту Анапа, выпустил 40 снарядов, вызвав в городе несколько взрывов и пожаров. Противник открыл ответный огонь, осветив корабль прожекторами. В 6.30 СКР вернулся в Туапсе.
Но не всегда эти корабли используют по назначению. «Шквал» участвовал в артобстреле Феодосии совместно с эсминцем "Незаможник" 14 октября (выпущено 59 снарядов)
13 октября в 7.40 «Шквал» и ЭМ «Незаможник» вышли из Поти для обстрела Феодосийского порта. До мыса Индокопас корабли следовали вдоль Кавказского побережья, затем повернули на мыс Чауда. Высланные в район Феодосии самолеты МБР-2 осветили САБами мыс Ильи, Двуякорную бухту, береговые ориентиры, а также ослепили наблюдателей на береговых батареях противника. Получив надежную обсервацию, с 1.30 по 1.45 14 октября с дистанции 57 кбт СКР вел огонь по порту. В связи с тем, что среди беспламенных зарядов оказались пламенные, корабли демаскировали себя и по ним открыли огонь вражеские батареи, расположенные у села Сарыголь и у мыса Киик-Атлама. Израсходовав 151 снаряд и вызвав в порту несколько взрывов и три крупных пожара, корабли в 18.45 вернулись в Поти.
18— 19 октября «Шквал» совместно с ЭМ «Незаможник», СКР «Шторм», БТЩ «Мина» конвоировал танкер «Москва» на переходе из Батуми в Туапсе. В море корабли попали в шторм, качка СКР достигала 45°, он плохо слушался руля, рыскал. 19 октября в 1.10 стал на якорь на рейде Туапсе. Ветер достигал 9 баллов, «Шквал» стал дрейфовать, а в 5.32 на его правый борт навалило шхуну «Интернационал», в результате образовалась вмятина в борту и отмечен разрыв в палубном настиле. 20 октября в 3.41 СКР «Шторм» при швартовке ударил кормой в правый борт «Шквала» в районе 132-го шп., в борту образовалась вмятина. В 6.09 «Шквал» вместе с СКР «Шторм» и ТЩ «Якорь» вышел из Туапсе в Поти, конвоируя танкер «Москва».
22 — 23 октября СКР конвоировал ТР «Калинин» из Туапсе в Поти, а 24 октября — ТР «Райкомвод» из Поти в Батуми.
11 ноября вместе с двумя СКА эскортировал из Батуми в Туапсе танкер «Передовик», а 12 — 13 ноября в составе того же конвоя перешел из Туапсе в Батуми.
14 ноября с 3.00 до 7.37 совершил переход Поти — Батуми, сопровождая танкер «В.Кутюрье», а в 15.45 вернулся в Поти.
15 — 16 ноября с БТЩ «Защитник» и двумя СКА конвоировал до Туапсе ТР «Калинин». 17 ноября в 21.30 с БТЩ-412 снова вышел в Поти, конвоируя ТР «Райкомвод», а 18 ноября в 14.45 вернулся в Туапсе.
19 — 20 ноября «Шквал» обеспечивал переход ТР «Калинин» из Туапсе в Поти, а ТР «Пестель» — из Поти в Сухуми.
"Шторм" участвовал в артналете на Анапу 01.10.1942 г. израсходовав при этом 40 снарядов. Корабли использовались и по прямому назначению, для конвоирования транспортов. 24.11.1942 года оба корабля вновь встали в ремонт. Он был вызван тем, что их силовая установка была собрана с использованием только тех запасных частей, которые были в наличии, и, естественно, после непродолжительной эксплуатации, она вновь начала выходить из строя (так бывает всегда: одна неисправность тянет за собой другую, турбина в этом отношении не исключение). Кроме того, на корабли установили бомбометы и зенитные 37-мм автоматы.
Но и после ремонта корабли продолжили свою работу (но это отдельная история, о ней в следующей статье)