Расскажу-ка я о Соне,
тем более, что Шуня заметно повеселела и стала сама жрать сушку. Тьфу-тьфу-тьфу, но у неё стала лучше шерсть, хребтина уже не так выпирает. Смешно, но Шунечка ненавидит любые паштеты, совершенно равнодушна к мясу, а вот сушку - дооо, это мы с удовольствием!
А Соня — это прям беда. Я не знаю причины ее хворости, но полтора года назад она исполняла примерно то же самое: отвал пищеварительной системы с одновременным ударом по почкам.
Есть подозрение, что у мамы она чем-то травится. Но мама не сознается, а я что… у меня на руках подыхающая кошка, вся желтая, как китаец. Шуня была синяя, эта желтая — что-то они мне хотят сказать, наверное)
Из стационара нас выпнули через три дня, и я вообще не понимаю, чем они там занимались. Соня пожелтела еще больше. Сейчас лечим ее дома, и это ад, ибо Соня — кошка-объебошка: при виде кого-то, кроме моей мамы, она от страха бьется в падучей. Пообщавшись с ней, даже Фуся сказала:
- Мама, эта новая котинька совсем не алё. Какая-то она аутичная.
Настя, выслушав это, фыркнула:
- Её с твоей мамкой воспитал один и тот же человек. Чему ты удивляешься?
Сонькина отвалившаяся печень усугубляется диким стрессом. Она таращит глаза и пускает слюни, она не глотает пищу. Накормить и дать ей таблетки — это подвиг, с которым справляется только Настя. Если честно, я в первый раз вижу животное, которое яростно хочет сдохнуть, и сопротивляется спасению всеми силами.
Жалко её пипец. Она сама по себе кроткая и безответная. Смотрит огромными глазами, полными ужаса, вся сжимается, как будто я иду с нее живьем снимать шкуру. И ручьем пускает слюни.
Не знаю, получится ли её вытянуть при таких вводных. Но очень хочется. За бессловесных и беспомощных у меня в два раза больше сердце болит.
Хоть бы уже укусила меня, что ли…
