Grigosha рассказал о превратностях службы: «Ну, мне миномёт тоже довелось покатать, но в третьей минбатарее. Четвёртым номером был... Доппучки привязывал к минам. Полгода меня пинали, как бродячего пса...
Ну, получилось так, что на мою кинопередвижку (Газ-53) водрузили кузов от Газ-66 и отправили на целину (на уборку урожая) с другим водителем. Пока я сдавал машину (в Пархиме), меня в автороте (где я стоял на довольствии) потеряли, - думая, что я уехал на целину.
Когда я вернулся в часть - оказался лишним едоком в автороте. Ну, старшина что-то объяснил - что я теперь в шестой роте. Пошёл в шестую роту - там обо мне ничего и не слышали...
Ну и ладно! Я что: не прокормлюсь? А спать я могу и в клубе... Так прошло всё лето 1976-го года.
Поздней осенью, когда уже вернулись все целинники, ко мне вдруг прибегает посыльный из четвёртой роты, азербайджанец...
- Тебя ротный вызывает!..
- А фигли мне твой ротный? Если ему надо - пусть сам придёт!
- Он злой! Сказал - что под трибунал тебя отдаст...
- За какой это хер? - недоумённо промямлил я, но всё же решил наведать этого ротного.
Оказалось, что я с мая месяца числился в четвёртой роте пулемётчиком, но там считали, что я уехал в Союз на уборочную (на целину). И когда все целинники вернулись - меня и спохватились.
Ну, в строй, под пулемёт... Служба-то все равно идёт: какая разница? Зато даже на учения в БМП прокатился! Правда, БМП командирская была (ротного), и в десанте были только вещмешки с харчами и я с пулемётом. Трясло, конечно, но водитель за это причитающиеся фофаны получил…
После этих учений, замполит перебросил меня в минбатарею, где долгих два месяца я частенько катал по германским слякотным полям эту трубу на колёсах. И только последние четыре месяца я балдел в хозвзводе…»
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
