Рубенсовского типа Арам Хачатурян бодро шагает под руку с донкихотистым на вид Мстиславом Ростроповичем. Трудно представить, что столь разных по возрасту и эмоциональному строю людей связывают долгие личные и профессиональные отношения. Неудавшийся виолончелист Хачатурян и гений игры на этом инструменте Ростропович особенно сблизились, когда в судьбе каждого из них наступили «грозовые времена». Арама Ильича в период застоя начинают забывать, а Мстислава Леопольдовича вместе с женой Галиной Вишневской вынуждают к эмиграции. Последним сочинением Хачатуряна стала соната для виолончели соло. Автор посвятил произведение Ростроповичу. Но в первом издании нот соответствующей надписи не оказалось.
На одной из встреч композитор неожиданно упал перед виолончелистом на колени. Хачатурян прилюдно просил прощения за то, что Виолончельная соната была выпущена без дарственного автографа. Арам Ильич как член Союза композиторов оказался бессилен перед государственной машиной, решившей раздавить неуступчивого виолончелиста. В год отъезда из СССР Ростропович успел записать с Хачатуряном-дирижёром его Концерт-рапсодию для виолончели с оркестром. Им многое удалось сделать вместе.
Именно Ростропович пригласил Хачатуряна в поездку по Армении. Мстислав Леопольдович потом вспоминал, как оттаивала душа Арама Ильича на родине предков, как он любовался сочными пейзажами, будто бы сошедшими с картин его старинного приятеля, художника Мартироса Сарьяна. Хачатурян ловил взгляды прохожих. Сильно расстроился, когда на улице его не узнал мимо проходящий старик. Арам Ильич тут же вспомнил, что на заре карьеры в Ереване его считали московским композитором, а в столице, наоборот — ярким представителем армянской музыкальной культуры. Неужели за сорок с лишним лет творческой карьеры он не смог доказать, что писал музыку для всех людей?
«Я армянин, который родился в Грузии, поехал из Грузии в Москву, а уже из Москвы в Армению, Ереван», — описывает Хачатурян этапы своего творческого пути. Он не представляет, как и, главное, зачем разрывать эту цепь событий. Композитор с волнением смотрит, как расстаётся с блестящим прошлым и настоящим Ростропович, выезжая из квартиры на улице Огарёва, 13. Здесь они вместе жили больше 10 лет. Хачатурян с немым ужасом наблюдает, как обитатели элитарного дома делят дорогую мебель из освобождающихся стометровых «хором» Ростроповича и Вишневской. В толпе безмолвно стоит Шостакович, товарищ Хачатуряна с предвоенных лет. Дмитрий Дмитриевич поскорее хочет покинуть постыдное место. У него давно выработалась привычка заглушать неприятности работой над новым сочинением. Арам Ильи никогда не понимал, как такое возможно. Но в этот раз решил последовать примеру коллеги.
Хачатурян вынашивал мысль написать хоровое сочинение… о Брежневе. Партитура в итоге не случилась. Почему так произошло, мы не знаем. Можем лишь предположить. Возможно, Хачатурян отказался от работы из-за того, что генсек с лёгкостью согласился изгнать из страны Ростроповича.