В момент когда с неба осыпалось слишком много звезд, стакан с дымом нортгемптонширского можжевельника превращается в мост-воронку. Хлобыстнув, так и хочется по-гусарски приложить его донышком о консоль. Стискивая в кулаке. Так чтобы он, крошась рассыпался под пальцами. Побежали красные струйки. Подумав, взять самый большой осколок и добавить ещё. Просто терапия кровопусканием. Правда, правда.
Просто терапия. На приличном спортбайке, шансы превратиться в икс кг отличного мясо-металлического фарша, намного больше. Если знать анатомию и держать в стоп-листе некоторые регионы, мероприятие даже до отвращения безопасно. Немного новых шрамов и все дела. Не так много, когда Тень слишком голодна, чтобы её могла удержать смирительная рубашка и цепи. Тихий сезон был слишком длинным.
А она не может без крови, боли и сырого свежего мяса. И после некоторого предела перестает отличать чужое от своего. Для неё нет аргументов и отговорок, и из всех времен только сейчас. Или кормишь сразу, или тянешь, держа за горло, пока есть усилие в пальцах. Ну есть ещё паллиативы, таблетки горстями, алкоголь флаконами – за вечер. И ждешь, когда же все это кончится. Жизнь, борьба с частью себя. Притом, лучшей частью.
А пружина понемногу сжимается. Толчок, косой взгляд, неправильная фраза и кто-то будет распотрошен, разорван и освежеван. Ну а если чертов самоконтроль удержит замки на когтях в пальцах – падающие звезды, сжиженный дым, до поры срабатывающие. А потом трещины в стекле и лезвия осколков. Поэтому, бегство на Таймыр-700, от себя и тем более Тени не сбежишь, но конец можно оттянуть подлиннее.
В симбиозе-тандеме с ним, сдирающим скальп и выдавливающим глаза, выворачивающем наизнанку, ещё более кровожадным и альфахищным, состоящим из чистой ненависти и дистиллированного ужаса, чуждое всему живому и человеческому, мертвящим, но достаточно рациональным, чтобы экономно растягивать удовольствие, мало есть дураков с ним связываться, приходится беречь, тех что есть, пугать их Тени, а то что и они знают страх, это открытие на Нобелевку - Радио ледяных пустошей.
В этом союзе находится девиантный ковбой, призрачный гонщик без доспехов, припадочный клоун, пожиратель экзотических растений, юзер аутоасфиксий, трус, чучело, плакса и нытик, искатель странного, спартанский мальчик с крысенком, мастер по сверхскоростному вращению и алмазному долблению – Джон-ледяные-яйца, холи шит.
И тема для беседы этим вечером, а ну всё к черту. Без бесед.
Продолжение возможно следует. Roger that.