На автовокзале Каменномостского (или Хаджожа), крупного посёлка в горах Адыгеи, нам подвернулся огромный блестящий краснодарский автобус до Победы. Так называется крошечный посёлок (150 жителей) в 12 километрах восточнее Каменномоста, в тупике разбитой самосвалами дороги.
Здесь находится странная Казачья Лавра адыгейских гор - Михайло-Афонская Закубанская пустынь, внешне неожиданно похожая на какой-нибудь василианский монастырь в Галиции или Подолии:
...Кавказская война длилась то ли полвека (если считать от восстания черкесов, чьи земли Турция уступали России в 1829 году), то ли век (если считать от восстания кабардинцев, в 1760-х годах внезапно обнаруживших, что Россия со времён Ивана Грозного считает их своими подданными). Но вот в 1859 году в Дагестане сдался Шамиль, а следом примеру имама последовал Мухаммед-Амин, наиб Абадзехии, организовавший тут подобие государства со столицей в Хаджохе.
К 1864 году сопротивление на Западном Кавказе прекратилась, и Россия предложила черкесам выбор - уходить со своих гор либо на прикубанскую равнину (где жило лояльное племя бжедугов), либо прочь из страны. Большинство адыгов, веря, что Россия не даст житья мусульманам, выбрали второй вариант, и вот к концу десятилетия лесистые горы полностью обезлюдели.
Новыми обитателями Западного Кавказа стали армянские переселенцы из Турции и кубанские казаки, ехавшие сюда за провинности или по жребию, но к 1870-м вполне обвыкшиеся в чуждом краю. В непривычных ландшафтах появлялось всё больше привычных атрибутов русской жизни, ну а какая же Святая Русь без монастыря?
В 1877 году на Белую реку прибыла группа монахов во главе с отцом Мартирием, в миру - Мартыном Островых из Херсона. Приняв монашеский постриг в Чернигове, в 1876 году он уехал в Кутлумушский монастырь на Афон, где, выкупив с единомышленниками несколько келий, явно хотел остаться на всю жизнь. Но... как же русским людям на Кавказе без монастыря-то?
Мартирий с братией вырыли кельи под горой Физиабго (по такому случаю переименовав её в Фавор) меж Даховской и Абадзехской станицами (Каменномост тогда был лишь присёлком), а в 1883 году там был официально учреждён монастырь. Из Кутлумуша Мартирий привёз ещё и частицу Креста Господнего, и в общем к началу ХХ века принимавшая до ста тысяч паломников ежегодно Закубанскую пустынь в народе называли Казачьей Лаврой. Тогда это был целый город на склоне Фавора-Физиабго, и на старой гравюре немногочисленные уцелевшие постройки не так-то легко опознать:
При Советах всё это раскурочили постепенно: с 1926 года в монастыре располагался дом отдыха ГПУ, с 1944 - детская колония, и наконец с 1972 - база отдыха "Романтика", знаменитая на весь Союз. Она закрылась в 2001 году, когда отдых на Кавказе был не слишком актуален, а первым настоятелем возрождённого монастыря вновь стал отец Мартирий - на этот раз в миру не Островых, а Пянтин.
Успенский собор был разобран в 1946-48 годах, когда на просторах Союза храмы чаще робко открывались:
Из его кирпича к 1952 году построили школу при колонии:
"За главного" остался Троицкий собор (1884-1902), к которому в 2003-05 годах пристроили колокольню наподобие итальянской кампанилы, которая и придаёт Закубанской пустыни "западенский" вид:
Не на неё, но к куполу можно подняться, однако никакие здания Кавказа в роли смотровых площадок не заменят гор:
В целом же, дух базы отдыха так и не выветрился из Михайло-Афонского монастыря: в первую очередь эта обитель - достопримечательность, и самый преобладающий типаж в её стенах - отдыхающий или турист:
В храм они заходят по большей части лишь за тем, чтобы пройти его насквозь - в огромную церковную лавку, где помимо икон, псалтырей, крестиков или свечек продают чай, мёд и какие-то статуэтки. Но ведь туристы произошли от паломников - все ли из тех 100 тысяч гостей дореволюционного монастыря ехали сюда за спасением души, а не за благостью лесов и благодатным воздухом?
Напротив входа в Троицкую церковь - склеп отца Мартирия. Основатель обители погиб в 1909 году по дороге из Ставрополя: зимней ночью на лесной дороге старца окружили волки, и перепуганные лошади понесли да опрокинули повозку в овраг.
Над склепом - деревянная Успенская церковь (2011) напоминает про разрушенный собор. Поодаль видны Казанская часовня (2011), поставленная к 10-летию возрождения обители...
...и Александровская церковь (2008) в игуменском корпусе. Причём - не Александра Невского, а Александра Константинопольского, игумена обители Неусыпающих, жившего на рубеже 4-5 веков. В храме - иконы, написанные греками с Афона, но меня больше впечатлил спонтанный образ лодки-стрелки на часах:
А вот Михайловский храм (2008) посвящением напоминает о первой деревянной церкви пустыни, которую Мартирий со товарищи привезли из станицы Сахрайской. Она сгорела ещё в 1923 году.
Часовни дополняет памятник казакам, героям и Георгиевским кавалерам Первой Мировой войны из окрестных станиц:
Наконец, на задворках монастыря есть блинная, куда вывески завлекают ещё до главных ворот. Народная тропа туда не зарастает, очередь растягивается минут на 20-30, но постные блины с необычными начинками вроде алычи или фейхоа отменны. С собой же я купил карманную бутылочку с безалкогольной основой для облепихового глинтвейна.
Выйдя за ворота и миновав бескрайнюю парковку (вот не удивлюсь, если Турецкий базар из прошлой части станет для потомков Русским паркингом!), мы побрели по мощённой дорожке в сторону Физиабго. У развилки на Святой источник и Подземный монастырь сидел на лавочке, пожалуй, самый странный таксист, которого я только видел - седобородый казачок в розововерхой кубанской папахе с ездовым ишаком:
Надо сказать, развилка тут не столько в горизонтальной, сколько в вертикальной плоскости: лестница к Подземному монастырю уводит на тёмное дно оврага.
Примкнувшие ещё в Хаджохе спутницы Ольга и Оксана из Крыма (куда в свою очередь давным-давном переехали с Тернопольщины) же своим сладкоголосием, шоканьем да хэканьем так и притягивали ко мне дежавю - у входа в подземный храм я сразу вспомнил такой же тихий и зелёный Любеч:
И Китаевскую пустынь на окраине Киева, когда экскурсия со свечками в руках двинулась по тёмному коридору:
Водит экскурсии в благословенный мрак православного вида девушка, причём - в порядке живой очереди: пока одна группа ходит в подземельях, другая понемногу скапливается у дверей.
Сердце Подземной обители - огромный купольный зал с полосатыми, как стены византийских церквей, слоистыми сводами, в котором прежде псалмы звучали непрерывно день и ночь. Александр Константинопольский не просто так был известен как Игумен Неусыпающих - его способом служения Богу было непрерывное пение псалмов, для которого братия делила день на равные вахты. Что и воспроизвели закубанские старцы в 1880-х годах:
Прошлые два кадра сняты, конечно же, со вспышкой - в основном подземную обитель освещают лишь свечи да изредка мощный фонарь нашей проводницы. Здесь она показывала узор трещин и теней, складывающийся с лик Бога-Отца, который я, увы, так и не высмотрел.
Общая длина подземных ходов с несколькими закутками-кельями - около 300 метров, но в монастыре считается, что это лишь малая часть ныне заваленной огромной системы, первые ходы которой вырыли ещё византийцы, спасаясь святыни от ереси иконоборцев.
Еле поднявшись бесконечной лестницей со дна оврага, мы вернулись на мощёную дорожку, которая спиралью взбирается на Физиабго:
На дальней стороне горы - источник Святого Пантелеймона с питьевыми кранами, чанами для святой воды и купелями. Нас он не впечатлил ни обликом, ни вкусом, но именно отсюда начинался монастырь:
Лестница от источника поднимается к часовне и колоколенке на вершине Физиабго (992м):
У парапета стояла пара туристических групп, и неспешные гиды рассказывали про Большой Тхач и Лаго-Наки, скрытые в тяжёлых тучах:
Ближе просматривается и сама обитель - вон за деревом видна даже зелёная крыша колоколенки. А вокруг среди лесов, обратите внимание, пятна карьеров: основанный между станиц, Каменномост вырос в советские времена как рабочий посёлок, к которому в 1931 году даже протянули железную дорогу из Майкопа.
В сладкий горный воздух то и дело вмешивается белая пыль, а тишину широколиственного леса разрывает грохот: вокруг посёлка - несколько карьеров, в которых добывают известняк и гипс, на отделку и строительство домов (знаю из первых рук) доходящие до Подмосковья:
Вскоре мы снова оказались у главных ворот, на оживлённой, как около рынка, парковке с чебуречной, в которой было не найти свободных мест. Ниже - мягко говоря не бедные домики Победы да блестящая среди них часовня Александра на этот раз Невского.
Автобусов вниз не предвиделось, однако для такого случае русский с украинцем и объединились в сей суровый час: ещё на автовокзале я взял телефон таксиста и сторговался, что за 600 рублей он заберёт нас из Победы.