Трио великих теноров Лучано Паваротти, Пласидо Доминго и Хосе Каррераса когда-то покорило весь мир: каждый из певцов к концу 1980-х имел впечатляющую карьеру, но только выступив втроем на чемпионате мира по футболу в Риме в 1990-м, они стали мега-звездами планетарного размаха. С того времени всех теноров в мире меряют исключительно по этой тройке и каждого ярко заявившего о себе на мировой арене тенора пиар-промоутеры награждают эпитетом «четвертый тенор».
К аргентинскому певцу Марсело Альваресу этот громкий эпитет с налетом рекламной шумихи примеряют особенно часто – учитывая его романское происхождение и стабильную карьеру в ведущих театрах, в первую очередь в нью-йоркской «Метрополитен-опере». Однако его восхождение на оперный олимп было отнюдь не стремительным: достаточно сказать, что до тридцати лет он и не думал о пении, а занимался мебельным бизнесом и получил диплом в сфере налогообложения. Лишь счастливый случай открыл в нем божественный дар, и в 32 года – в возрасте, весьма почтенном по нынешним временам ранних и скороспелых карьер, – после трех лет обучения вокалу у безвестного педагога Нормы Риссо (которая тем не менее дала ему превосходную технику бельканто) он дебютировал в легендарном венецианском театре «Ла Фениче». За прошедшие два десятилетия карьера Альвареса по-настоящему состоялась: он желанный гость на главных мировых сценах, поет самый лакомый репертуар (прежде всего, классический итальянский), на него охотно ставят премьерные спектакли ведущие режиссеры и дирижеры.
За что же так ценят певца? Природная красота сочного голоса аргентинского тенора не выглядит поблекшей и сегодня, по прошествии двух десятилетий интенсивной карьеры, и она помножена на великолепное вокальное мастерство: пленительный звук льется свободно, ничем не стесняемый, включая экстремальные верхние ноты. Его пение всегда таит большой сюрприз – наряду с тем, что экзальтированному исполнению свойственны подлинные вспышки драматизма, в целом это никогда не вредит гармоничности и соразмерности звучания голоса на всем протяжении любой арии или песни. Певец нигде не теряет округлости звука и полноты тона, его кантилена, пластичность звуковедения остаются на очень высоком уровне, интерпретацию любого вокального номера всегда отличает гибкое сочетание экспрессии с ровностью звуковой эмиссии. Эти бесценные качества делают его незаменимым исполнителем романтического итальянского репертуара, где природную мощь и красоту голоса необходимо сочетать с изяществом и гибкостью.
В Москве Марсело Альварес не впервые. Более десяти лет назад его представил столичной публике Владимир Спиваков в рамках одного из своих новогодних концертов в Доме музыки, и с тех пор Альварес приезжал не раз, но, к сожалению, пока так и не выступил здесь в оперном спектакле, ограничиваясь концертными программами. Визит в конце мая был таким же – в театре «Новая опера» певец предстал в качестве концертного исполнителя, но теперь его программа оказалась совсем необычной. Альварес полностью посвятил выступление музыке своей родины – чарующему танго.
«Tango Alvarez» – программу с таким названием вместе со звездным тенором представил аргентинский оркестр Tango Spleen в составе Мариано Сперанци (фортепиано), Франческо Бруно (бандонеон), Андреа Маррас (скрипка), Елены Луппи (альт), Ялики Йо (виолончель) и Джан-Луки Равальи (контрабас). Ансамбль чередовал самостоятельные инструментальные номера с вокальными – в тех и других основными настроениями были необузданная страсть и меланхолия любовного томления, облеченные в формулы танго: его острые ритмы, пряные мелодии, необычные созвучия и гармонические изыски. На концерте прозвучали произведения аргентинских авторов – Мореса, Гарделя, Пульезе, Кастелльяноса, Пласа, Тройло, Диоса Филиберто, Кальдары, Падулы, Кастаньи, Леоне, Вильольдо, Родригеса и, конечно же, Астора Пьяццоллы.
Марсело Альварес вновь показал лучшие качества своего голоса – яркого, горячего, но одновременно рафинированного, выделанного первоклассно. Этому выдающемуся вокалисту стиль танго столь же привычен, как и высокая опера – не умаляя красоты и мощи своего голоса, он находит и иные краски для этой музыки, порой делая исполнение более интимным, менее плакатным, но не забывает и «роковых страстях», о вихре чувственности, об испепеляющем драматизме.
Весь концерт был дан со звукоусилением – как то и принято в этой стилистике. Но для маленького зала «Новой оперы» огромного голоса Альвареса, да еще и через микрофон, порой казалось избыточно много, а камерный ансамбль инструментов звучал излишне «синтетически». В данных условиях (небольшой зал плюс голос оперной звезды, а отнюдь не «эстрадника») без подобных акустических подпорок вполне можно было обойтись – уверен, что музыка аргентинского танго от этого не потеряла бы, но прозвучала бы более естественно и комфортно для уха меломана.
16 июня 2014 г., "Играем с начала"