Приветствую тебя, уважаемый читатель.
Для тех, кто не читал предыдущую часть, рекомендую ознакомиться,
Ручная Граната Дистанционная модификации 5
***
Продолжая наблюдать как дрон падает на землю, в моей голове замигала красная лампочка, символизирующая приближающуюся угрозу.
***
Дрон, подраненный выстрелом из автомата, продолжал снижение, опускаясь всё ниже и ближе к густой траве. Было заметно, что оператор то и дело пытался выровнять ситуацию, однако дрон при этом носило из стороны в сторону. Он пытался набрать обороты и «птица», делая попытку взлететь выше, тут уже через секунду стремительно падала вниз. Попытки оператора избежать падения были тщетными, ситуация возникла безысходная, а итог – предрешённым раз и навсегда.
Изнутри меня переполнял коктейль из эмоций, адреналина, чувства восторга и гордости, что мне удалось наказать оператора. Я даже на секунду представил, как он злится, бесится из-за того, что он как «лох ливерный» умудрился не только проиграть в этой схватке, но ещё и потерять свою «птичку». Он наверное сейчас рвёт и мечет, злится, орёт благим матом, проклиная меня на чём свет стоит, но меня в этот момент переполняли только позитивные чувства успеха.
Есть одна поговорка: «Если ты не знаешь, что делать, не делай ничего!». На войне, такой вариант исключается полностью, на войне всегда нужно что-то делать. А я стоял как дурак и смотрел, на падающий, уже отработанный материал, стоял и ничего не делал. А это чревато огромными негативными последствиями, ведь Дрон «сфотографировал» мои координаты, и оператор наверняка уже передал их миномётному расчёту.
В голове молниеносной вспышкой, как истерический крик, прозвучало: «Беги!!!». Состояние эйфории, которое могло привести меня к смерти, тут же рассеялось, и я опять очутился на той же тропе, в мрачном и одиноком месте.
Рванув с места, я перестал о чём-либо думать, видеть и слышать, что происходит вокруг меня. Передо мной стояла цель, и я не видел преград. Прижав автомат скрещенными руками на груди, я бежал. Мне нужно было бежать так быстро, как я никогда не бегал, даже быстрее своих возможностей.
За спиной у меня разорвалась одна, потом, не отставая от моего продвижения вперёд, вторая польская мина. Они пытаясь догнать меня, чтобы со свистом вляпаться и вспахать землю прямо под моими ногами.
Испытывал ли я страх? Нет, страх отсутствовал в моём сознании. Оценивая ситуацию, я принимал все происходящее как должное, как обычную работу. Мне нужно было бежать - я бежал. Ведь кто медленно бегает, тот мало живёт и поэтому я бежал очень быстро. Сколько было разрывов у меня за спиной, сколько мин не пожалел противник, чтобы отомстить за сбитый мной беспилотник, я не знал.
Как в замедленной киноленте я лишь видел, как у меня из-за спины, прям рядом со мной проносились осколки от разорвавшихся боеприпасов. Два осколка пролетели так близко от меня, что мне удалось рассмотреть их как на фотографии. Ядовито-жёлтого цвета, два кусочка раскалённого металла размером не больше ногтя большого пальца, медленно двигались на уровне моих глаз по правой стороне, улетая вперёд и опережая меня. Потом земля. Она осыпалась как дождь, падая у меня за спиной, мне на шлем, глухими ударами отдаваясь в моей голове, и впереди меня прям на тропу, по которой я бежал.
Вот он долгожданный окоп. Мне нужно было свернуть вправо и нырнуть в укрытие из прокопанных троп и блиндажей. Опять земля бьёт по шлему и плечам. Не больно. Наша земля рыхлая, сыпучая, родная. Она как бы ласкает тебя и пытается уберечь, поторапливает, подгоняет тебя спрятаться в своём укрытии.
Я нырнул в окоп. Не в силах сразу восстановить дыхание и погасить целый приступ нахлынувшего адреналина, я добежал к блиндажу, возле которого мирно сидел Логист. Он посмотрел на меня выпученными глазами.
- Это по тебе что ли работали? – задал он свой вопрос, не скрывая удивления.
- Да. – Продолжая тяжело дышать, утвердительно сказал я и кивнул головой.
- Ни хрена себе, три польки прилетело! – резюмировал он.
Продолжая что-то говорить, Логист эмоционально размахивал руками, но я его не слышал. Только теперь я начал осознавать, что могло быть, а вернее мог ли я быть сейчас живым, оставаясь стоять там, на тропе и желая увидеть, куда упадёт сбитый мной дрон. Ответ очевиден – нет. Я бы сейчас лежал где-то на тропе, в лучшем случае мёртв, в худшем – истекая кровью, медленно отпускал бы свою душу, куда-то туда, вверх за облака. Быть воином, жить вечно!
Что такое вечность, или смерть в нашем понимании? Куда мы попадём после этого наступившего мгновенья? На этот вопрос нет однозначного ответа. Это мы узнаем в момент, когда все случится. Но на войне, так или иначе каждый задаёт себе этот вопрос. Так или иначе каждый верит в Бога. И так или иначе делает все от него возможное, чтобы оттянуть встречу с ним.
Перед отъездом на войну, я был у матери в гостях, пришёл попрощаться. На лестничной клетке встретил мамину соседку. Так как я был одет в форму, у соседки возник вполне нормальный вопрос типа собрался ли я на войну? Я тогда ей ответил утвердительно и она, остановив меня прямо на лестничной клетке просила, что бы я не забыл, что, когда мне будет трудно или тяжело, я трижды должен произнести фразу: «Господи Иисусе, помилуй мя». Она меня обняла и пожелала удачи.
Почему я помню этот момент, я не знаю. Могу сделать только субъективное предположение, что в трудные и тяжёлые моменты, мы должны полагаться не только на свою силу духа, умение бороться с трудностями и непреодолимое желание жить. Мы также должны во что-то верить.
Придя в себя и восстановив дыхание, я присел рядом с Логистом под навес из маскировочной сети. В небе опять зашумели «птицы». Как будто я разворошил это адское осиное гнездо и эти «осы» летали возможно с большим желанием увидеть моё истекающее кровью тело. В надежде дополнительно накидать мин по возможной группе эвакуации. Но всё хорошо, всё спокойно – я живее всех живых. А они еще долго будут кружить в небе пытаясь удовлетворить свою потребность уже хоть на кого-то навести миномётный расчёт.
- Логист, - обратился я к товарищу, - позвони на три один, скажи Тайшету, что я не приду. Объясни, что птицы не дают шансов. Пускай включит военную смекалку и сам сообразит, как избавится от СВУ.
Меня начало клонить в сон. Я заметил за собой, что с возрастом, пережив хоть малейшее нервное потрясение или эмоциональный всплеск, я становлюсь как вата. И только сон, пускай непродолжительный, но сон, способен восстановить мои силы и придать жизненной энергии.
Я проснулся вечером. Или захотелось поесть, или проснулся от того, что силы восстановились, но есть определённо хотелось.
На посту уже не было Логиста, на его месте расположился, поставив в угол свой автомат, боец с позывным Ракета. Худощавый, невзрачный, видимо с «веселой» юношеской жизнью мужик с не раз ломаным носом. Он молча курил сигарету по привычке прикрывая её в наполовину сжатом кулаке.
- Пожрать чё есть? – Спросил я, опиравшись спиной о стену окопа.
- Да какой там хрен! – Возмутился он. – Что бы пожрать, нужна вода, которой у нас осталось полторы бутылки.
- На других позициях спрашивал?
- Конечно спрашивал, везде голяк. Даже с три один к нам приходили недавно, у них там вообще пол бутылки воды осталось, я им отлил из наших запасов ещё пол бутылки.
Когда ты сидишь в окопах и питаешься едой быстрого приготовления такой как Доширак или пюре, то вода, это продукт первой необходимости. Когда нет воды, следовательно, нет еды, чая и кофе. Есть только паштет, тушенка и конфеты со сгущенным молоком. А есть паштет или тушёнку без хлеба, тоже не комильфо. Хлеб как правило по прибытии каравана можно есть один - два дня, потом в нем остаются одни норки, выгрызенные мышами и крысами. Я недолго думая поднял трубку тапика и крутнул индукторную ручку.
- Ямал. – Услышал я голос в трубке.
- Ямал, это КП три, Плутон, соедини со штабом.
- Привет Плутон, жди. – Ответил Ямал и на коммутаторе начал вызывать штаб.
- Дежурный по штабу Чибис. – Вскоре раздался голос дежурного.
- Здорова, КП три, Плутон, соедини с третьей ротой.
- Здорова Плутон, минуту. – Пока он на коммутаторе начал делать вызов третьей роты, он обратился ко мне. – Как обстановка?
- Четыре ноль четыре. – Заученным кодом выпалил я.
- Есть, принял четыре ноль четыре. – Повторил дежурный по штабу.
В трубке раздался голос следующего собеседника.
- Дежурный, третья рота, Ледник.
- Привет, это Плутон, Омска позови.
- Да, сейчас, повиси на линии. – Проговорил Ледник и ушёл на поиски Омска.
Омск - боевой командир нашей роты. Наверное один из командиров, который выходил на позиции, не потому что в штабе так требовали, а потому, что он должен служить примером своим подчинённым. Попадая на позиции, он, наравне с рядовыми нёс боевые дежурства, выходил на посты, возглавлял караваны с провизией. На тот момент я был исполняющим обязанности его заместителем. Соответственно нам приходилось с ним тяжёлую лямку командира делить на двоих. Я на позициях, он располагается в подразделении и ходит в караваны. Через пять дней он меня меняет и тогда уже мне приходится решать насущные вопросы по подразделению и так же ходить в караваны. По мере всего прочего, я неофициально был так сказать «писарем». Всё, что касалось бумажной волокиты, тоже ложилось на мои плечи.
- Да Плутоша, привет. Что там у тебя? – Раздался голос Омска в телефонной трубке.
- Херня короче, на позициях воды нет. Когда ты караван собираешь?
- Во, бля, сегодня точно каравана не будет. До завтра сможете продержаться? Завтра вечером приду.
- Да какой там хрен, - задумчиво произнёс я, - на каждой позиции по полтора, два литра воды осталось. Ладно, сейчас позвоню Малышу, у него спрошу. – Практически на этой фразе разговор был исчерпан, пришлось только добавить, что все живы и здоровы, боевые дежурства несутся согласно графика.
- Ну чё, нужно звонить Малышу, - сообщил я Ракете, - будем выходить в караван, для себя любимых водичку нести.
- Да я уже понял, из вашего разговора. – Махнув рукой буркнул Ракета.
Продолжение следует
Предлагаю прокомментировать данную статью
Впереди ещё много интересных историй
Спасибо, что дочитали до конца