Мне нравится думать, что ангелы иногда спускаются на землю, чтобы научить людей любить. И такой ангел у меня был. Бабушка.
Она жила в небольшом городе Починок Смоленской области. В школьные годы я приезжала туда на лето. Едва поезд притормаживал у станции, взгляд падал на табличку со строчками Твардовского:
И еще доволен я,
Пусть смешна причина,
Что на свете есть моя
Станция Починок!
И это было то, что объединяло нас с великим поэтом - любовь к Починку. При одном упоминании местечка каждая моя клеточка трепетала в предвкушении, а на глаза наворачивались слезинки. Каждое лето там дарило особенные моменты, которые я бережно хранила в детской сокровищнице воспоминаний. Тайная дверь открывалась в непростые дни. Это помогало дожить до лета. Потому что летом я снова обниму бабушку.
Бабушка умела обнимать. На пороге дома я бросала все сумки и с криками “Бабушка-а-а-а!” врывалась в объятия самого любимого на свете человека. “Дома”, - расслаблялась я, ощущая безопасность, принятие и любовь. Я могла стоять так бесконечно.
Бабушка воспитывала сердцем. Когда в доме собиралась вся семья - а это четверо детей, семеро внуков - вечером она расстилала в зале свои перины. Прямо на полу. Нашим любимым с братьями и сестрами занятием было прыгать на взбитые перины. Я разбегалась, плюхалась туда звёздочкой, а большое воздушное облако медленно обволакивало меня и постепенно оседало под тяжестью тела. Я довольно жмурилась. Иногда в этот момент слышались шаги бабушки, и тогда мы с сообщниками замирали в своих облаках в ожидании возможного наказания. Бабуля добродушно ворчала, и это было сигналом к тому, что можно выдохнуть. Мы громко смеялись. Радость переполняла наши детские сердца. Радость от маленькой шалости. От того, что наказание миновало. От того, что как же хорошо жить.
Бабушка любила смеяться. Когда наступала ночь, все укладывались спать. И как только в доме гас весь свет, начинались разговоры. Кто-то делился историями, новостями, наболевшим. Кто-то слушал, притаившись под одеялом. Обсуждения, советы, поддержка, смех. Смеялись много. И стоило лишь кому-то из взрослых произнести “Ладно, давайте спать!”, бабушка тоном командира отвечала: “Дома будете спать! Собрались вместе - давайте общаться”. Эти слова сменялись взрывом восторженного детского смеха - официальное разрешение на ночные посиделки получено.
Такие беседы могли продолжаться по полночи. Со временем усталость брала своё. Разговоры смолкали. На смену им приходил крепкий сон.
Бабушки давно нет рядом. Но каждое воспоминание о ней пронизано огромной любовью. К миру, к людям, к жизни. Несмотря на все пережитые тяготы военных и послевоенных лет. Мне её очень не хватает.
Спасибо тебе, родная, что ты была в моей жизни и научила любить.