Клавдия Григорьевна с грустью смотрела в окно. Она ждала Семена Петровича с работы. Предстоял серьезный разговор, а она не знала, с чего начать.
В спальне посапывал трехлетний Кирюша. А в прихожей стоял большой чемодан... с его вещами.
— Жена! Я дома!
— Не кричи, внука разбудишь... — ответила она.
— Кир у нас? — улыбнулся он, сбавив «громкость». — Но тут же нахмурился, увидев чемодан. — Это что?
— Вещи его. Маша привезла.
— А сама она где?
— Личную жизнь устраивает.
Семен Петрович тяжело вздохнул. Маша, их внучка, была молодой и ветреной девушкой. Она родила очень рано. От парня, которого знала всего ничего. Папаша от ребенка отказался. Жениться он не хотел, семью заводить тоже. Его признали отцом и обязали платить алименты. Но молодой человек, который только начал карьеру, много не зарабатывал. Алименты были копеечные.
Поэтому Маша жила на пенсию бабушки и деда. Денег не хватало, хорошо, что родители отца ребенка попались более-менее адекватные. Свекор и свекровь предоставили вещи, помогли обставить детскую, и даже на первое время поселили Марию с сыном в своей квартире. В общем, помогали чем могли до трех лет, пока их сынок не стал нормально зарабатывать, и пока Кирилла не определили в детский сад. А потом глава семьи скончался, а у его жены не осталось накоплений. Марию пришлось выселять, а квартиру сдавать, чтобы свекрови было на что жить самой.
Маше такое положение вещей не нравилось. Она была девушкой эффектной и понимала, что сидеть дома у колыбели и ждать милости от судьбы — не ее призвание. А потому, при первой же возможности, она оставляла сына Клавдии Григорьевне и убегала гулять, в поисках подходящей кандидатуры для обольщения. Наученная горьким опытом, она вела себя осторожно. Маша понимала, что ей не нужны дети, ей был нужен муж, который стал бы ее содержать.
— Я не могу найти себе нормального мужика. Как только они узнают, что у меня есть ребенок, сразу отваливают, — объясняла она бабушке. Клавдия Григорьевна только качала головой. Она не могла отказаться от Кирилла, боялась, что Маша была слишком ненадежной девицей и что ей бы пришло в голову ради удачного замужества, предсказать было невозможно.
Поэтому Кирилл постоянно находился у них с Семеном Петровичем. Приходилось несладко, потому что они были уже немолоды. Но деваться было некуда. Мать отца ребенка с внуком водиться не могла по состоянию здоровья, а мать Марии была такой же «кукушкой», оставив 19 лет назад маленькую Машу на воспитание и укатив в другую страну. Она даже не знала, что у нее родился внук.
— И почему у нас все девочки такие, Клава? — задал вопрос Семен Петрович.
— Не знаю, Семен. Не знаю...
— И что делать?
— Воспитывать, растить. Какие варианты?
— Я думал, что с работы уйду. Устал...
— Нет, Семен. Если ты работать перестанешь, мы Кирилла не потянем. Пенсия у нас с тобой мизерная, а мальчику постоянно что-то надо. Он ведь растет.
— Понимаю...
— Впрочем, Мария обещала, что это внук поживет у нас недолго, — тихо сказала Клавдия Григорьевна.
— Нет ничего более постоянного, чем временное, — грустно усмехнулся Семен Петрович.
Они весь вечер думали, как жить дальше. Семен Петрович понял, что работать ему предстояло до самой старости, а Клавдия Григорьевна думала, что вновь им предстоит ставить на ноги мальчонку. Оставалось надеяться, что он вырастит более ответственным человеком.
Ну а пока, Клавдия Григорьевна подсчитывала накопления.
— Хватит на садик. На еду. До Нового года протянем.
— А дальше?
— Что-нибудь придумаем.
— А Маша?
— А Маша съехалась с новым ухажером. Обещала ему рассказать о сыне чуть позже. Когда он готов будет, — призналась Клавдия Григорьевна, надеясь, что так оно и произойдет.
Но время шло. Ничего не менялось.
Кирилл жил с прабабушкой и прадедом на их пенсию. Мария никак не участвовала в жизни сына. Приезжала раз в два месяца, привозила что-то в подарок, в основном какие-то безделушки или ненужные игрушки, чтобы ребенок, который понемногу начал от нее отвыкать, не плакал при виде матери.
— Маша, ты лучше вообще не приезжай. Кирилл после твоих визитов сам не свой, — сказала Клавдия Григорьевна. Она надеялась, что Маша поймет ее намек, но та восприняла ее слова прямо.
— Я сама хотела сказать, что надолго уеду...
— А Кирилл?
— Что Кирилл? Ему у вас хорошо.
— Ты говорила, что после праздников сообщишь своему сожителю о том, что у тебя есть сын.
— Я жду, что он сделает мне предложение.
— А потом?
— Потом мы поженимся, и он никуда не денется.
— Такие вещи говорят до свадьбы, — запротестовала Клавдия Григорьевна.
— Ты хочешь, чтобы я упустила шанс?! Хватит мешать мне устроить личную жизнь! — Маша начала кричать на бабушку, и та не стала с ней спорить. Было проще согласиться.
Кое-как справлялись. Время от времени, когда не хватало, Клавдия Григорьевна занимала у подруги, Валентины. Валя была женщиной волевой, умной и состоятельной. Она любила не только давать в долг, но и раздавать советы.
— Вот вы с Семеном живете на пенсию? На пенсию. Кирилла содержите? Содержите. А ведь у него есть отец. Он алименты платит? Платит. А почему эти алименты до вас не доходят?
— Почему? Да потому. Мы кто? Прабабка и прадед. А у Кирилла есть мать. По суду и отчисления ей.
— Отчисления не ей, а на содержание ребенка. Вы эти деньги хоть раз видали?
— Нет...
— Несправедливо это. Ты ей говорила про алименты?
— Говорила.
— И что?
— «Я его родила, мне и алименты. И вообще, мне эти деньги нужнее, чем вам. У вас пенсия, а мне жить надо, — Клавдия Григорьевна повторила слова внучки».
— И что же она работать не идет?
Некогда ей, она личную жизнь устраивает.
— Несправедливо это.
— Ой, Валя, где ты хочешь справедливость найти?
— А ты поговори с Марией не как любящая и всепрощающая бабушка, а как строгая Клавдия Григорьевна.
— Толку-то что? Ну, говорила я с ней, так не проймешь. Она раньше хоть немного к сыну была привязана, когда он совсем крохой был. А теперь? Скинула на нас ответственность, и свою жизнь устраивает за чужой счет. Гляди, как бы еще ни принесла, второго... — Клавдии Григорьевне внезапно стало так обидно и грустно за них с Кириллом, что она чуть не расплакалась.
— Ты, Клава, не раскисай. Лучше о будущем подумай. Лет через десять-пятнадцать, когда Кириллу надо будет учиться и к институту готовиться, вы с Семеном уже старыми станете, кто его поднимать будет? А если раньше помрете?
— Бог с тобой, Валя... не можем мы раньше помереть. Сначала внука на ноги поставим.
— Всякое бывает, не зарекайся.
— И что же теперь?
— Мать Кириллу нужна. И отец. Завтра же звони Маше и требуй, чтобы забирала сына себе.
— А если не возьмет?
— Скажешь, что обратишься в органы опеки.
— Да разве же закон будет на моей стороне?
— Припугнуть надо. Она боится потерять свой «кошелек». Суды ей не нужны сейчас.
— И то верно...
Клавдия Григорьевна так и сделала. На следующий день позвонила Марии. Но вместо нее трубку взять какой-то мужчина.
— Алло?
— Здравствуйте... это бабушка Марии, Клава...
— Здравствуйте, Клавдия Григорьевна. А я давно с вами познакомиться хотел. Маша про вас столько рассказывала...
— Да? И что же она говорила?
— Только хорошее. Вы вырастили отличную девушку. Я хотел у вас лично попросить ее руки, но мы все никак не доедем к вам... мне так неудобно, что мы до сих пор незнакомы...
— Мы с Семеном Петровичем только рады будем, — Клавдия Григорьевна отчего-то расчувствовалась. Ей стало невмоготу держать в себе, и она разрыдалась прямо в трубку.
— Вы что? С Машей все хорошо, она ушла в салон красоты... телефон оставила дома. Я брать трубку не хотел, честно... но увидел, что бабушка звонит, не смог не взять. А вдруг бы у вас что-то серьезное случилось, мало ли помощь какая нужна... Вы, кстати, по какому вопросу звоните?
— Да... нам как раз нужна помощь, — Клавдия смахнула слезы со щеки. — Вы Маше передайте, пожалуйста, что мы с дедом не справляемся, что нам очень надо с ней поговорить при встрече, что Кирилл очень скучает... — она осеклась, поняв, что наболтала лишнего.
— Кирилл? — напрягся мужчина. — Кто это?
— Это... это...
— У Маши есть мужчина? — голос на том конце стал холодным.
— Простите, я...
— Клавдия Григорьевна, скажите все как есть. Мне казалось, что у Марии есть какая-то тайна. Но я не мог даже представить, что это мужчина. Я полагал, что ее все устраивает. Но лучше я выясню все до свадьбы.
— Понимаете, какое дело, — Клавдии Григорьевне пришлось выложить ему все. Она несколько раз плакала, несколько раз корила себя за то, что не послушалась внучку.
— Да... неожиданно, честно сказать, — выдохнул сожитель Марии.
— Вы теперь не станете жениться на ней?
— Нет. Но серьезный разговор у нас состоится. Она поступила очень плохо по отношению ко мне. И к вам. Но главное, что она отказалась от ребенка. Этого я просто так не оставлю. Если бы я Машу не любил, то сейчас ее вещи уже стояли бы за дверью. Но я ее люблю. Поэтому будем искать компромисс.
Клавдия Григорьевна не знала, чего ожидать от Павла, так звали сожителя Маши.
Она положила трубку с тяжелым сердцем.
А на следующий день к ней приехала Маша. А рядом с ней стоял тот самый Павел.
— Здравствуйте, Клавдия Григорьевна, мы за сыном, — заявил он.
— Ну проходите, раз такое дело, — их встретил Семен Петрович. Он с подозрением посмотрел на Павла, но уже спустя час серьезного разговора, стало ясно: Павел настроен решительно. Он познакомился с Кириллом, посмотрел на условия, в которых живет мальчик и все решил.
— Мы забираем его к себе. Маша сидела молча. Она не могла поверить в то, что Павел так легко согласился принять ее сына, и что теперь жизнь изменится. Она боялась, что Павел откажется от нее, так же как она отказалась от ребенка. По ночам Маша иногда плакала, но скрывала это, глушила эмоции оправданиями и надеждами, оставляла на потом важные слова и признание. Время шло, эмоции утихали. Она убедила себя в том, что так лучше для всех. А теперь... она поняла, что упустила столько времени! И жалела об этом.
— Иди к маме, Кирюша... мама больше тебя никому не отдаст, — прошептала она.
— Не волнуйтесь, Клавдия Григорьевна, внук к вам будет приезжать. И вы к нам тоже приезжайте, квартира большая.
Клавдия Григорьевна кивнула. Когда Кирилл уехал, она посмотрела на мужа и улыбнулась. Ей все еще не верилось, что все обошлось.
— Как думаешь, получится у них?
— Дай Бог... — сказал Семен Петрович, глядя в окно.
Спасибо за ваши добрые комментарии и лайки!
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые истории.
Внимание! Только сейчас новый роман "Курс на любовь" на бумаге по цене электронной книги! Успейте купить, пока не закончилась мега распродажа
Вам понравится:
ЛЮБОЕ КОПИРОВАНИЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТЕКСТА БЕЗ ВЕДОМА АВТОРА ЗАПРЕЩЕНО!