В марте 1918, когда белогвардейцы под давлением превосходящих сил большевиков спешно покидали пределы Кубанской области, командование отступающей армии распорядилось срочно эвакуировать в Кавказскую раненых и больных бойцов Добровольческой армии, откуда их должны были отправить поездом на Дон. Но всех вывезти не удалось. Тяжело раненые и больные были оставлены в лазарете, под который приспособили станичную школу. Вместе с ранеными остались врач и три сестры милосердия, которые были жителями станицы, в которой жил мой прадед. Они были совсем еще юными девицами, эти сестры милосердия. Да и врач тоже был далеко еще не старый. Не из казаков. Он даже не служил у белых. Просто семья его жила в соседней станице, и ему незачем было куда-то далеко от семьи уезжать. В общем, служители самой гуманной на земле профессии были местными жителями. Ни с какими армиями, войсками, отрядами связаны не были. Просто они, верные долгу, честно делали свое дело: как могли, избавляли людей от страданий.
В начале апреля в станицу вступил конный отряд то ли белых, то ли зеленых, то ли еще какого цвета. В общем, форменные бандиты. И сразу же без остановки отряд двинулся к зданию школы, где находились раненые и больные добровольцы. Увидев из окна здания вооруженных конников во дворе, врач спешно выскочил во двор навстречу всадникам.
-Ты офицер? – спросил командир отряда, ткнувши врача в плечо прикладом винтовки.
-Нет, я врач, - спокойно ответил врач.
-Что же ты здесь делаешь? – опять спросил командир, не слезая с лошади.
-Лечу людей, - ответил врач. – Здесь находится временный лазарет.
-И много людей в твоем лазарете?
-Тридцать человек, из которых 27 тяжелобольных и три сестры милосердия.
-Твоих тяжелобольных приказано ликвидировать, - мрачно заявил командир.
-Как же можно? – воскликнул врач. – Они же беспомощные!
- Они враги, - сказал командир.
- Какие же враги? Ваши офицеры и солдаты.
- Офицеры и солдаты воюют, а не вылеживаются, - и махнул рукой своим подчиненным. В то же мгновение человек десять всадников спешились и направились к крыльцу.
-Не позволю! – ринулся им наперерез врач.
Ни слова не говоря, командир поднял винтовку и в упор пальнул врачу в спину. Тот рухнул прямо на крыльцо.
В то время, когда бедный врач пытался безуспешно вразумить командира конного отряда, две сестрички милосердия спешно вывели через черный ход четырех бойцов, способных кое-как передвигаться. Перетащили через лаз в соседний двор, откуда старые казачки упрятали бедолаг в дальних дворах.
Когда сестрички вернулись назад в лазарет, бойня уже завершилась. Командир оценивающе осмотрел результат работы своих подчиненных. И тут он заметил, что убитых оказалось несколько меньше, чем 27 человек. Для верности командир пересчитал количество трупов. Вышло 23. А врач говорил о двадцати семи больных.
-Где остальные?! – взревел он, вонзивши взор в перепуганных сестриц милосердия.
-Не знаем! – почти шепотом пролепетала одна из них.
-В расход! – приказал командир, кивнув в сторону девушек. Их тут же расстреляли.
Станичники плакали потом, когда хоронили всех на местном кладбище.
-За что же эти скоты медсестер-то с врачом убили? – спросил Степка.
-За то, парень, что они свой долг выполняли. Все эти идейные революционеры, так называемые «защитники народа», Степа, во все времена человеколюбием не отличались и не отличаются сейчас. Они воюют «за народ» со своим же народом. И чаще даже не за идею, а за средства распределения народных благ.
Продолжение следует.