А. была одной из многих бабушек в нашей стране. Активная, способная жить одна, физически крепкая. Хорошо за 80 уже, но спортивное прошлое не позволяло разваливаться. Когнитивные нарушения были, но лёгкие, и при поддержке семьи сына, который регулярно её навещал, она справлялась с бытом и уходом за собой.
Пока не заболела ковидом летом 2021 года.
Она не была привита, не могу сказать, почему - может, сама не хотела, может, родные не считали для неё этого нужным. Скорее второе, потому что сын потом сказал мне "если бы я знал, что ковид с ней вот так"...
Вот так - это тяжёлое течение, стационар на месяц, который превратил её в истощенную до кахексии, измученную, с множественными пролежнями старуху. С деменцией тяжёлой степени.
Поступила она, пока я была в отпуске в октябре. А мои девочки - в ужасе, потому что на тот момент таких тяжёлых при поступлении давно не было. Было мало надежды даже на то, что она переживёт первые дни в отделении.
Но она пережила. И продолжала бороться.
Мы лечили пролежни и анемию, сын купил ей дополнительное лечебное питание (сухие смеси).
Помню первый разговор с её сыном. Приятный, уверенный, по виду и разговору вполне состоявшийся мужчина тревожно слушает мои слова про её состояние и прогноз. Он понимает, что я не могу дать каких-то гарантий, кроме обещания, что мы сделаем для неё всё,что можем и должны. Что прогноз нестабильный и крайне неблагоприятный. Что нам нужно чудо.
Но он надеется, потому что "у неё был сложный, деспотичный характер, но... Ведь это мать, вы понимаете?"
Я понимаю, конечно, понимаю. Говорю, что она хочет жить, она борется (это правда так), а значит, шанс есть.
Даю ему свой номер телефона - это скорее привилегия, но тут я понимаю, что этот человек не будет надоедать попусту. Так и было.
Уходя, он говорит: "вы знаете, я ведь рассматривал сначала частные пансионаты. Я ездил в несколько, и там мне не понравилось совсем. Вроде всё хорошо, но... Вот не то всё. А здесь, знаете, у вас здесь люди!". Я сперва его не понимаю, говорю, что конечно, интернат на 600 мест у нас, и он пытается объяснить: "Персонал ваш, они люди, настоящие. Я вот с медсестрой сейчас говорил, такая хорошая... Санитарочки все... Видно, что они видят живых людей в тех, кто тут живёт. Это вот главное".
И уходит, чуть более спокойный и уверенный, чем пришёл.
А я сижу как в лучах солнца, греюсь его словами. Это правда приятно, слышать от серьёзного, строгого мужчины гораздо старше меня, что мы тут молодцы и стараемся) И за девочек моих приятно. Да, ошибки в работе бывают у всех, недосмотр, что-то где-то упустили – всё же человеческий фактор очень значим даже в работе с механизмами, а уж когда люди работают с людьми, и подавно. Но для меня главное, чтобы персонал оставался чутким, живым, добрым к нашим подопечным. Потому что любую ошибку можно исправить,кроме черствости и пренебрежения.
У А. не получилось выкарабкаться, к сожалению. Она прожила у нас около трех месяцев, но для меня было главное, что мы делали всё возможное, а её родные чувствовали себя спокойно. И именно в этом смысл нашей работы – сопроводить уходящих, утешить их близких, отнестись с сочувствием и пониманием.
Берегите себя, и будьте здоровы❤