Здесь началась моя коллекция рока.
Вот он - дом, в котором я проводил летние месяцы юности.
Сейчас здесь всë по-другому, а старый двор только в памяти нескольких человек. Да, такие ещё остались.
Опять я чуть не сжëг утренний кофе, сидя за мемуарами. Я именно сжигаю кофе - у меня он не убегает. Два раза по тридцать секунд вчера мне хватило для того, чтобы наполнить мысли воспоминаниями и забыть про всë вокруг.
Вся жизнь кипела рядом. В двух шагах - кинотеатр. Я бывал в нëм лишь дважды. Оба раза мне было там грустно - поздний советский мультфильм для детей в 1991 году - и придурошный фильм в 2007. А через дорогу был магазин с кассетами. Помню, мы ценили Арию за дизайн - красивые картинки, а Чиж и Ко не покупали только потому, что там был знак "Пацифик" - модный тогда среди любителей рэпа. Пацифик - значит, рэп - и эта музыка осталась для нас на потом. В текстах же Арии мы тогда понимали три слова из пяти.
Тогда я зачем-то и пустил внутрь себя эту контр-культуру. Я не был фанатом - я как будто строил себе уютный домик в аду, а моя бабушка - пока я отвернулся - "переселяла" меня в более комфортные условия.
В те годы я зачем-то усложнил себе жизнь, тщательно фильтруя музыкальные мысли - и с тех пор для меня не существовало "музыки просто так". Когда на школьной вечеринке принимались пожелания к музыке - было сказано, что " музыка не должна мешать общению, гармонично звучать фоном". Я же сделал вывод по людям и по музыке. С людьми взял дистанцию побольше, а по поводу музыки - либо она молчит, либо она является главным блюдом дня.
С тех пор я видел всякое. Казалось, что я делаю вывод по музыкальным вкусам. Не совсем. Но именно тогда я понял, что для меня лучше меня никто музыки не напишет - разве что гитарист и барабанщик - на мои стихи, мысли, тексты. Лучше бы я до этого не доходил.
Во дворе были советские турнички. Я любил перебираться по перекладине с одной стойки на другую.
С одной стороны была детская горка, а с другой - конструкция для выбивания ковра. Это были футбольные ворота. Между ними было всë вытоптано.
Автомобилей не было практически. Это сейчас не пройти - всë заставлено ими. Все гуляли сами - присмотр не требовался. Мы заходили друг за другом.
С другой стороны дома был шикарный пустырь с деревьями, дорожками и живой изгородью. Я запускал туда с балкона самолëтики. Сейчас там техническое здание. Да, сейчас бы я не смотрел бы вдаль, а наворачивал бы круги по этим дорожкам. Вся радость рядом.