Жека общался со всеми слоями общества легко и непринуждённо.
Он мог попасть в дом к профессору и был там принят и обласкан, а мог общаться с уголовниками, и это было для него так же нормально, как и поход в оперу.
Однажды его пригласили в дело два персонажа.
Один был знакомый паренёк, который познакомился с Жекой сразу после его возвращения из армии.
Это был неуверенный в себе двадцатилетний дембель советской армии.
По телосложению он был вдвое здоровее Жеки, но в армии ему крепко досталось, и он всё время искал себе покровителей.
Заметив, что Жека окружён братвой, Серёга, как звали паренька постарался завести с Жекой дружбу.
Жека по своему обычаю принимал в «друзья» всех, но зорко следил за поведением «друзей».
Серёга был с очень большими проблемами.
Например он не выговаривал букву Р, и сразу после армии сделал подрезание языка и прошёл курс у логопеда.
Ещё у него была проблема следующего характера — если он пару дней не выходил на улицу, то у него начиналась боязнь окружающего мира.
И для того чтобы заставить себя выйти в город, ему надо было привести себя в идеальный вид.
То есть он гладил несколько часов одежду, брился до крови, и стоял по пол дня перед зеркалом.
Жека хоть и позволял Серёге крутиться вокруг себя, но не мог и не хотел становиться его другом покровителем.
Естественно Серёга нашёл себе такого друга, это был маленький мужичок отсидевший одиннадцать лет за создание банды из семи человек и по статье «Грабёж» получивший семь лет. А уже на зоне, за то, что проломил череп такому же мужичку за оскорбление, получил ещё пять «рокiв», то есть лет.
Серёга получил от Жеки кличку «Дворняга», естественно так его называли только за глаза, а мужичок покровитель имел тюремное погоняло «Бекицер».
Несмотря на то, что Бикицер был чистокровный русак, еврейское слово бекицер было его словом паразитом.
Бикицер несмотря на то, что блатным не был, а был простым мужиком, сыпал феней так, что блатные морщились.
И вот эти два персонажа решили сделать Жеке предложение, от которого по их мнению Жека просто не мог отказаться.
Пригласив Жеку в дом Дворняги, двое заговорщиков раскрыли Жеке большую тайну.
Оказывается они собрались гнать самогон в промышленных масштабах и на этом заделаться миллионерами.
Конечно Жека не верил в то, что на этом можно заработать большие деньги, а вот год тюрьмы по смешной статье точно можно было получить.
Жека решил не обижать мужиков прямым отказом и ответил, что он хочет сначала посмотреть на то, как они устроят свой бизнес, а потом решить согласен он или нет.
Мужики тут же провели Жеку в соседнюю комнату где стояли двенадцать шестидесяти литровых бочек с брагой, а на кухне стояла на газовой плите выварка от которой в раковину шла трубка переходящая в медную спираль.
Из медной спиральной трубки, уже самогон капал в банку.
Ну кого в нашей стране удивишь этой картиной, Жека с детства видел, как его родственники в деревне гнали самогон.
Жеку больше интересовало, куда они денут столько самогона?
Тут самогонщики забуксовали с объяснениями. Но уверили Жеку, что всё что нагнано непосильным трудом будет выпито советским народом с радостью и песнями.
На следующий день Жека получил по телефону приглашение от самогонщиков принять участие в первой оптовой продаже огненной воды.
Жека не мог так сразу отказаться, и поехал с бутлегерами в заранее присмотренное ими рабочее общежитие.
Оказывается Бекицер знал, что в общаге, на сборах по повышению квалификации проживает семьдесят сантехников.
Бекицер был уверен в том, что это то самое место, где по достоинству оценят купаж и несравненный букет его продукции.
Жеке была выделена роль охранника, так как самогонщики всё же опасались, что кто нибудь всё же не оценит их произведение искусства и даст им по морде.
Жека никогда не забудет всю комичность сцены первой презентации напитка.
В одноэтажном огромном общежитии, находилось семьдесят молодых сантехников возрастом от двадцати до тридцати лет, в самой большой комнате сидело человек десять парней и как понял Жека главным был мужик лет пятидесяти, вокруг которого и вились молодые специалисты впитывая его бесценный опыт, которым он с ними делился в стиле Афони.
На появление в комнате двух чужаков парни отреагировали настороженным молчанием.
Дворняга молча достал из огромной сумки литровую банку с прозрачной жидкостью и поставив её на стол снял с неё пластмассовую крышку.
Жека стоял сзади Дворняги с лицом мафиози, он морщился, как Киса Ворбъянинов пред тем, как просить милостыню.
Жека изо всех сил терпел, что бы не заржать в голос.
Тем не менее Дворняга прервал минуту молчания начав презентацию напитка.
Он для начала поднялся на носочки и после того стал объяснять присутствующим в этой банке находится эликсир жизни и радости, что этот продукт ещё вчера булькал в тёмных бочках, а сегодня он искриться кристальной чистотой на столе перед сантехническим истеблишментом области.
При этом, Дворняга всё время становился на носочки и потом резко падал всем весом на пятки, подымая носки ботинок на пару сантиметров над полом.
Это Бекицер научил его «плохому», он думал, что так делают блатные.
Но сантехники не могли понять, что происходит, они не привыкли к таким манерам, и тогда Дворняга выразился прямо — Мужики — это самый лучший самогон в городе!
Тут старший сантехник просто расплылся в улыбке.
Комната наполнилась радостным гомоном, а Дворняга предложил провести бесплатную дегустацию напитка.
Первым отведал вожделенного напитка старший по возрасту, крякнул и передал дальше по кругу.
Все высоко оценили энергетическую ценность напитка и тут же купили у Дворняги несколько трёх литровок нарзана.
Получив деньги, Дворняга пообещал явится завтра с большим количеством продукта.
Выйдя из общаги, Дворняга с гордостью показал Жеке пачку денег и сказал — Будешь маму с папой слушать — будешь ты конфеты кушать!
Жека выразил своё восхищение деловыми успехами новой ликёро-водочной компанией, но сославшись на занятость отказался от столь прибыльного бизнеса.
А вот парни прекрасно развернулись. Из общаги их правда выгнали так как сантехники так бухали, что не могли повысить свою квалификацию.
Но зато они подкупили участкового, и тот подъезжал на своём Бобике к стройке, где строители выстраивались в очередь со своей тарой и в неё Дворняга наливал напиток жизни.
Участковый получал свою долю и уезжал до следующего утра, а прораб на стройке не жаловался, так как если бы не было доставки на рабочее место огненной воды, то мужики бы тратили время на её покупку в магазине.
А без воды как известно — И не туды, и не сюды.