... говоря по-нынешнему, социопат. Там, где у других людей находится сочувствие и желание прийти на помощь, у него голое место. У него нет социально обусловленных чувств, он цветущий эгоцентрично пустоцвет. Но он все-таки знает правила, самые густо обозначенные границы не нарушает, так что его бесчувственность воспринимается как сдержанность, и у людей, измученных страстями, вызывает завистливое уважение, - и он может не беспокоиться за свою репутацию.
Другое дело теперь. Теперь в типа интеллигентской среде никакая сдержанность не в чести, ни подлинная, ни деланая, ни в словах, ни в чувствах. Речь "научного" работника иной раз неотличима от речи презираемого им плебса в части матерщины; и попробуй не отметиться сочувственным нытьем на какую-нибудь резонансную трагедию - вмиг зачморят. Проявление так называемой эмпатии (какое невыразительное слово!) для сегодняшнего "прогрессивного" "либерала" является таким же непременным качеством в общем наборе, как для либерала времен Самгина была начитанность. Обязательно надо заявлять о жалости, хотя бы избирательной, хотя бы флажком на аватарке в соцсетях. И это так дежурно, настолько ни к чему не обязывает, что уж лучше бесстрасстие Клима Самгина, - думала я, читая четвертый том.
Столько волнительных событий происходит в разных концах света, и всех надо пожалеть, диснеевские мультики так учили, - толпы жалельщиков, раздувая пузыри эмпатии, носятся по социальным сетям.
А за стеной, может быть, живет семейство, и муж с женой регулярно дерутся. И оно бы шут с ними, они, наверное, стоят друг друга, но живет с ними и пацан шести лет славный малыш - вот его жаль. Жаль-то жаль, да поделать ничего нельзя. Поди, интернет-жалость - не такая. Интернет-жалость всегда деятельная. Аватарку поменял, сто рублей перечислил - и сидишь такой довольный с чувством собственной могучести. Вроде не бессильный, вроде вон, чо-то смог. На самом деле, реально, смог примерно ничего, только лишний раз самолюбие потешил да окружающим пыль в глаза пустил.